Грядет военный союз России и Китая?

23 и 24 апреля в Шанхае в преддверии июньского саммита государств Шанхайской организации сотрудничества (ШОС) состоялись заседания совещаний министров иностранных дел и министров обороны стран-членов ШОС. В настоящее время действительными членами ШОС являются Россия, Индия, Китай, Казахстан, Киргизия, Таджикистан, Узбекистан, Пакистан, государствами-наблюдателями – Афганистан, Белоруссия, Иран и Монголия.





На фоне обострения отношений между Россией и Западом, включая США, Великобританию и другие примкнувшие к ним страны G7, отметившихся рядом антироссийских акций и заявлений, усилением давления на Сирию и Иран, представляло немалый интерес, какой будет реакция стран-лидеров ШОС на указанные события, имея в виду также введение антикитайских протекционистских мер со стороны США и перспективы присоединения к этому протекционистскому барьеру и стран ЕС.

Официальные заявления, прозвучавшие в Шанхае, и публикации российских и китайских государственных СМИ, освещавших шанхайские совещания глав МИД и министерств обороны, выдержаны в весьма сдержанной и сбалансированной манере, вообще характерной для сообщений о российско-китайских контактах на высоком государственном уровне.

В то же время, как официально, так и неофициально было озвучено несколько любопытных идей, дающих представление, в какую сторону движется взаимодействие Москвы и Пекина.

Идеи о стратегическом сотрудничестве между РФ и КНР имеют длинную предысторию даже в современный период. Еще со времен эффектного «разворота над Атлантикой» 24 марта 1999 года, когда премьер-министр РФ Евгений Примаков отказался от официального визита в США в знак протеста против начала бомбардировок Югославии войсками США и НАТО, в России заинтересованно обсуждали выдвинутую Примаковым идею «стратегического треугольника» с участием России, Индии и Китая.

Евгений Примаков озвучил свою инициативу в декабре 1998 года в ходе официального визита в Дели, причем российские исследователи отмечают, что инициатива российского премьера была сделана экспромтом, так как до этого проблема союзных отношений ни с Пекином, ни с Дели Москвой не прорабатывалась.

Китай и Индия тогда сразу же дезавуировали идею Примакова. В январе 1999 года во время визита в Германию министр иностранных дел Китая специально подчеркнул, что его страна отвергает идею «стратегического треугольника», поскольку «КНР всегда придерживалась принципа независимости при проведении своей внешней политики». В феврале того же 1999 года посол КНР в Москве акцентировал мысль, что «суть китайско-российских отношений - это несоюзничество». Примерно в том же духе высказывались и представители Индии.

Однако, по словам президента России Владимира Путина, высказанным на «Примаковских чтениях» в ноябре 2016 года, «поначалу такое предложение [стратегический треугольник Россия-Индия-Китай] было воспринято как нечто утопическое, некоторые у нас в стране даже говорили, что это - вредная идея, однако сегодня мы видим, как быстро набирает вес и влияние в мире объединение БРИКС [Бразилия, РФ, Индия, Китай, ЮАР], начатое в трехстороннем формате».

По итогам встреч в Шанхае на текущей неделе российская дипломатия высказалась аккуратно, но в то же время и принципиально.

Мы не занимаемся сдерживанием. Мы отстаиваем принципы международного права и в политической, и в военно-политической, и в экономической сфере

– заявил министр иностранных дел России Сергей Лавров по итогам совещания глав МИД стран-членов ШОС.

Таким образом, и о зеркальном сдерживании речь не идет, и в то же время основные угрозы обрисованы четко.

Министр обороны России Сергей Шойгу на совещании глав военных ведомств ШОС анонсировал готовность России поделиться боевым опытом антитеррористических действий, приобретенным в Сирии.

[Минобороны РФ намерено] в полной мере учитывать российский боевой опыт, полученный в Сирии, при проведении в августе на территории России совместного учения «Мирная миссия». Организована совместная подготовка этого мероприятия. Согласован его замысел, предусматривающий формирование объединённой группировки сил стран ШОС и совместную операцию по уничтожению бандформирований. Во время активной фазы учения планируем провести Совещание начальников генеральных штабов

– заявил Сергей Шойгу.

Российский министр обороны также подчеркнул важность оперативного обмена информацией, поддержание тесного контакта по линии генеральных штабов. По мнению главы Минобороны России, в связи с изменением вызовов и угроз в сфере безопасности, требуется активизация сотрудничества оборонных ведомств ШОС, в целях постоянного анализа вызовов и угроз, поиска совместных решений, совместного создания эффективных инструментов по пресечению проникновения терроризма в зону ответственности ШОС.

Позиция КНР, если рассматривать и официальные, и неофициальные сообщения, в том числе сообщения государственных СМИ, выглядит даже несколько более жесткой, чем позиция РФ.

Мы хотим, чтобы вы играли еще большую, важную роль в обеспечении безопасности и обороны в рамках ШОС

– заявил заместитель председателя Центрального военного совета Китайской Народной Республики генерал-полковник Сюй Цилян на встрече с Сергеем Шойгу.

Международное радио Китая, комментируя встречу Сюй Циляна и Сергея Шойгу, высказалось ещё более развернуто и определенно:

Китайская сторона намерена совместно с российской усиливать взаимную поддержку, укреплять всестороннее сотрудничество, непрерывно углублять отношения между двумя странами и армиями, совместно защищать интересы взаимной безопасности и стратегический баланс в регионе.


Между тем самое интересное шанхайское заявление, как и полагается, прозвучало неофициально, на конференции международного дискуссионного клуба «Валдай», тема которой была заявлена как «Россия и Китай: современные вызовы развития».

25 апреля старший советник Китайской научной ассоциации международных стратегий, старший консультант Китайского исследовательского центра ШОС, генерал-майор Ван Хайюнь заявил в кулуарах конференции клуба «Валдай» журналистам следующее:

Я не являюсь сторонником установления союзнических отношений в военной сфере между Китаем и Россией, потому что для этого нет необходимых условий, более того, это может привести к другим серьезным негативным последствиям. Но я выступаю за создание несоюзнического союзничества, то есть за союзничество без обязательств по договору.


В военном планировании мы должны стоять спиной к спине. Что значит спиной к спине? Мне кажется это очень легко понять. Это значит, что вооруженные силы двух стран никогда не направлены друг против друга, они всегда направлены в другую сторону

– заявил также генерал-майор Ван Хайюнь.

Ван Хайюнь – известный китайский специалист в области оборонной политики. В одной из его статей, опубликованных ранее, говорится, в частности:

- «вопрос войны и мира представляет собой важное стратегическое решение, которое определяет основные политические установки государства, касается каждого предприятия и человека, поэтому нельзя анализировать и принимать правильные решения, придерживаясь поспешной и неспокойной позиции»;

- «есть все основания полагать, что крупномасштабная война против Китая или война, в которую будет втянута КНР, далека от реальной опасности»;

- «в действительности, у стран, имеющих отношение к безопасности в Восточной Азии, нет желания ведения войны, никто не готов к ней»;

- «на протяжении достаточно длительного времени, опасность военных действий по отношению к Китаю крайне низкая, мирное развитие не будет прервано. Одновременно с этим, следует подчеркнуть, что лишь приготовлениями можно избежать потери, умением воевать можно говорить о мире, полная готовность к военным действиям является самым эффективным методом предотвращения войны».

В свою очередь, агентство Синьхуа процитировало министра обороны КНР Вэй Вэнхэ, отметившего, что «главными темами нынешней встречи [совещания министров обороны стран-членов ШОС] являются формирование сообщества с единой судьбой, инновационное сотрудничество и планирование развития. Сторонам необходимо добросовестно реализовывать достигнутые главами всех государств консенсусы, непрерывно повышать уровень сотрудничества в области обороны и безопасности».

Отметим, что «сообщество с единой судьбой» представляет собой китайское видение будущего мирового развития человечества, предложенное генеральным секретарем ЦК КПК и председателем КНР Си Цзиньпином в 2012 году на 18-м Всекитайском съезде КПК.

Впрочем, концепция «несоюзнического союзничества» не противоречит ни идеям «сообщества с единой судьбой», ни стратегическому видению президента России, представленного им в послании Федеральному Собранию в 2018 году. Стоит также отметить, что неформальные союзы, не связанные де-юре обязательствами, весьма часто оказывали определяющее воздействие на мировые международные отношения.
Автор: Николай Кузяев
Использованы фотографии: https://topwar.ru/

Мнение редакции может не совпадать с точкой зрения автора публикации

Если вы заметили ошибку в тексте, выделите текст с ошибкой и нажмите Ctrl+Enter

Ctrl Enter
Читайте также
Информация

Уважаемый читатель, чтобы оставлять комментарии к публикации, необходимо зарегистрироваться.
Уже зарегистрированы? Войти