Гайдамацкая резня – проклятие Украины возвращается?

Нынешний президент Украины Петр Порошенко – личность, явно не обремененная чрезмерной образованностью. Впрочем, из всех наук минимальными его успехи являются, пожалуй, в истории. В противном случае он, возможно, задумался бы перед тем, как, не жалея сил, разжигать грозящий вылиться в кровавое противостояние церковный конфликт на земле, где 250 лет назад разыгралась «религиозная война», по количеству жертв и своей чудовищной жестокости в истории России аналогов не имеющая.




Имеется ввиду, естественно, так называемая «гайдаматчина» или, как ее чаще именуют «колиивщина» – масштабное народное возмущение, охватившее в 1768 году значительную часть Правобережной Украины, и приведшее к ужасающей резне, которая была остановлена только введением на эти территории регулярный частей российской армии. Впрочем, давайте по порядку... Прежде всего – по поводу названия. О его происхождении историки и филологи спорят по сей день. Одни утверждают, что происходит оно попросту от слова «кол», ибо именно таковые и были изначально основным «вооружением» восставших. Другие утверждают, что корни тут скорее в польском «колея», то есть «очередь». Однако, ближе всех к истине, пожалуй, находятся те, кто видит объяснение в том, что среди «народных мстителей» имелось немалое количество «колиив». То есть, имевшихся, практически, в каждом селе профессиональных забойщиков скота, весьма ловко управлявшихся с ножами и тому подобными орудиями умерщвления свиней и коров. Своими ближайшими синонимами слово «колий» имеет «мясник» или «живодер». И вот как раз они очень точно передают суть того, что творилось в те дни на Украине...

С чего все началось? Как раз с вопросов веры. В опубликованном еще в 1895 году историко-филологическим обществом при Нежинском институте исследовании И.В. Галата «К истории Уманской резни» прямо утверждалось

Выяснено с очевидной убедительностью, что гайдамацкие волнения не происходили на почве экономических неурядиц, не были последствием тяжелого материального гнета, тяготевшего будто бы тогда над гайдамаками, а имели, так сказать, чисто духовный и религиозный характер. Это была жестокая и отчаянная борьба между представителями двух друг другу ненавистных исповеданий – католицизма и православия, из которых первое насильственно и грубо навязывалось последователям другого.


Прошу простить за весьма обширную цитату – однако именно в ней кроется ключ к пониманию всех тех ужасов, о которых у нас пойдет речь дальше.

Время, предшествовавшее «колиивщине», было, по сути, периодом очередной попытки «европеизации» Украины. Называя вещи своими именами – ее тотального ополячивания. После длительной «борьбы за независимость» эта несчастная земля переживала период, именуемый историками «Руиной» - чем и не замедлила воспользоваться бойкая шляхта Речи Посполитой, видевшая в Украине вечный источник дармовой плодородной земли и покорного «быдла». У Российской Империи до поры до времени недоставало сил прийти на помощь – и на Правобережье царил сущий ад. Там правил даже не польский король, а, что было намного страшнее, тогдашние «олигархи» – магнаты, не признававшие над собой вообще никаких законов – ни божьих, ни человеческих. Усугублялось дело тем, что «правители» и их верные слуги в данном случае поголовно были католики. Православный на землях Польши был не просто никем – он был меньше, чем никем. Пустым местом, по отношению к которому можно было творить любой произвол и бесчинства.

Беззакония, совершающиеся на землях, населенным братским народом, не могли оставить безучастной тогдашнюю правительницу России – Екатерину Великую. А уж убеждать она умела... Принятый польским Сеймом «закон о диссидентах», уравнивавший в правах католиков и православных (в основном – украинцев и белорусов), шляхта именовала не иначе как «провозглашенным под дулами русских пушек». И немедленно составила в городе Бар (сегодня – территория Винницкой области Украины) так называемую «конфедерацию», а говоря в терминах дней нынешних – незаконное вооруженное формирование, члены которого, разлетевшись по всему Правобережью, принялись вытворять такое, что даже сегодня у того, кто знакомится с историческими свидетельствами тех дней, волосы встают дыбом.

С особым упоением и изощренностью охотились конфедераты на православное духовенство. Священников не просто убивали – их мордовали до смерти, запрягая в плуги, запарывая терновыми розгами, забивая в колодки. Приводить перечень остальных «забав» шляхтичей, называвших себя христианами, и проявлявших в деле истребления священства и монашествующих садистскую изобретательность, достойную разве что каких-нибудь демонов, я попросту не решусь. Кстати говоря, когда не удавалось изловить для истязаний православных, «в дело» шли и униатские священники, пошедшие в подчинение Папскому престолу. Храмы и монастыри шакалья стая конфедератов разоряла и грабила вообще без всякого разбора. Молчаливо взиравший на все это народ копил под сердцем черную ненависть и неумолимо наливался гневом. Рано или поздно весь этот «горючий материал» неизбежно должен был рвануть. Он и рванул...

Впоследствии перепуганные «гайдамаччиной» до энуреза и пожизненных ночных кошмаров «гордые сыны Польши» пытались утверждать, что восстание было «спровоцировано из России». Ничего подобного! Ложность этих обвинений доказана как проводившимся прямо «по горячим следам» расследованием, так и последующими изысканиями историков. Петербург к «колиивщине» не имел совершенно никакого отношения. Зато изуверская Барская конфедерация, таковую спровоцировавшая, щедро спонсировалась из Парижа. Вот насчет этого как раз имеются вполне конкретные свидетельства и доказательства.

Да, в истории восстания фигурирует некая «золотая грамота Екатерины», о которой будущим «гайдамакам» якобы говорил в Мотронинском монастыре, откуда все и началось, то ли некий таинственный «иеромонах», доставивший ее «из самого Питембурху», то ли один из главарей восстания – Максим Железняк. Последний, кстати, не мелочась, быстренько объявил себя «гетманом всея Правобережной Украины». Правда – уточняя, что таковая является частью российской Империи. Так что ж там с грамотой?! Да не было ее! Вернее «была» – как впоследствии у Емельяна Пугачева, множества разнообразных самозванцев, претендовавших на трон России и вождей разнообразных бунтов. Существовала эта «грамота», понятное дело, только в воображении бунтующих, придавая им тем самым некую «легитимность» – правда, исключительно в собственных глазах. О Екатерине ІІ есть много разных мнений – но настолько безумной, чтобы подписывать и рассылать указы с разрешением «поголовно истреблять всех поляков, католиков и евреев», она точно не была.

А как раз именно этим широко разошедшиеся по территории Правобережья – по Киевщине, Черкащине, Полесью, Подолью и даже Волыни, отряды «гайдамаков» и занялись со всем усердием. Бунт был не просто «бессмысленным и беспощадным» – он был прямо-таки нечеловечески жестоким. Не щадили никого – ни взятых с оружием шляхтичей, ни женщин, ни стариков, ни малых детушек. «Гайдамаки» оставляли за собой реки крови и горы трупов – восхищаться их жуткими «подвигами» и воспевать таковые в стихах, как это сделал впоследствии «великий классик украинской литературы Тарас Шевченко», мог только человек с очень большими странностями. Поизгаляться над жертвами они тоже были большие мастера – например, вдоль дорог на деревьях развешивали рядом католических ксендзов, евреев и... собак. При этом на месте казни оставлялась табличка с соответствующим текстом, уточнявшим, что тут нашли свой конец «единоверцы»! Справедливости ради надобно отметить – этот адский «креатив» «гайдамаки» почерпнули у конфедератов. Просто те вешали не католических, а православных священников – в остальном и «композиция» и сопроводительная надпись к таковой были в точности такими же.

Апофеозом «колиивщины» стал эпизод, вспоминать который на Украине не любили ни при какой власти. Это и немудрено – так называемая «Уманская резня» является позорнейшим, несмываемым и незабываемым пятном украинской истории. Ибо никакие притеснения, в том числе – и за веру, не могут оправдать хладнокровное и поголовное уничтожение 10 тысяч захваченных в этом городе поляков, евреев и перешедших в унию украинцев, а, заодно – еще 2 тысяч вполне православных соотечественников – за «симпатии к врагам». Некоторые историки говорят и о 20 с лишним тысячах жертв... Утверждать что-либо однозначно сложно - тема эта в украинской историографии, мягко говоря, проработана слабо. Точно известно одно – восставшие самыми зверскими способами умертвили жителей целого города, вместе с имевшими несчастье укрыться там беженцами, не пощадив и население окрестностей.

Кстати, именно под Уманью к бунтовщикам присоединился человек, вошедший историю, как второй вожак «гайдамаков» – сотник надворных казаков магната Потоцкого Иван Гонта. Он со своим отрядом должен был вообще-то спасать жителей осажденного города, но по старинному украинскому обычаю – совершать предательство, не моргнув глазом, воспылав «патриотическими чувствами», быстренько перебежал на их сторону. Идея (но не средства!) «гайдамаков» были, в принципе, правильными, однако есть же и присяга! Впрочем... Присяга и «истинные украинцы»... Смешно.

Закончился весь этот жуткий беспредел, (на Умани «гайдамаки» останавливаться и не думали – отправились убивать дальше), появлением на Правобережье регулярных русских войск. Гонта и Железняк после короткой попытки оказать сопротивление, были захвачены в плен под Уманью отрядом полковника Гурьева. Кстати, немалую роль в разгроме «колиивщины» сыграли донские казаки – они отчего-то не проявили никаких «братских чувств» к козакам украинским, докатившимся до палачества, мародерства и детоубийства. Весьма интересно, что судьбы плененных участников восстания сложились очень по-разному. Тех, кто имел однозначное польское подданство, выдали Речи Посполитой. Гонту – в том числе. Впоследствии выяснилось, что специальная комиссия поляков, созданная по этому поводу, за год усердного труда в местечке Кодня отправила на тот свет больше трех сотен из них, причем сделано это было самыми живодерскими методами. Бывший сотник принял ужасающую смерть... Тем, кого Екатерина и ее подчиненные признали за «своих» повезло куда больше – да, драли кнутом, клеймили, отправили в Нерчинск... Но не казнили ни единого. Что поделаешь – не европейцы, русские варвары. Многим из осужденных, кстати, впоследствии наказание было смягчено – каторгу заменили ссылкой. А пройдоха Железняк с полусотней товарищей вообще умудрился смыться с шедшего в Сибирь этапа, разоружив караул! Пробегал правда недолго – следы его теряются в недрах Московского Сыскного приказа.

Общий итог цепи событий, начало которым положила «колиивщина», крайне занимателен. И вызывает прямо-таки море исторических ассоциаций. Турция, на чью территорию вперлись «гайдамаки», преследовавшие конфедератов, решила, используя предлог, повоевать с Россией – очень уж ее подзуживали недобитые главари шайки из Бара и их французские хозяева. В итоге Оттоманская Порта потерпела сокрушительное поражение, и лишилась... Крыма! Ну, не только его – Кубани, кстати, тоже. А четыре года спустя доигралась уже и Польша. Неуправляемое «государство», превратившееся в рассадник самых разнообразных смут и источник головной боли для всей Европы, было попросту стерто с карты мира. Так произошел первый раздел Речи Посполитой... Некоторые участники «колиивщины» умудрились «всплыть» в рядах повстанческой армии Емельяна Пугачева – что и стало одной из причин, по которой Екатерина велела разогнать Запорожскую Сечь. Впрочем, это уже совсем другая история...

«Колиивщина» – вечное проклятие Украины, которое там веками стремились предать забвению. Начавшееся из-за религиозных притеснений восстание утопило в крови полстраны. Только абсолютные безумцы могут сегодня на Украине сознательно стравливать верующих разных конфессий – словно пытаясь поднять из адских глубин кровавые призраки «гайдамаков»...
Использованы фотографии: https://ukraina.ru
Ctrl Enter

Заметили ошЫбку Выделите текст и нажмите Ctrl+Enter

Информация

Уважаемый читатель, чтобы оставлять комментарии к публикации, необходимо зарегистрироваться.
Уже зарегистрированы? Войти