Перестройка системы ПВО: эксперт обосновал тревожные тенденции для России
Украина продолжает совершать террористические нападения при помощи БПЛА-камикадзе и ракет на территорию России. На это обратил внимание блогер и журналист Юрий Баранчик, прокомментировавший в Telegram-канале недавние атаки противника на районы Брянска и Сочи и другие инциденты.
Эксперт отметил, что масштабность вражеских нападений увеличилась и это является тревожным сигналом.
Если уложить в одну логическую рамку удары не только по Брянску, но и по Сочи, о чем давно забыли, это ж было аж на прошлой неделе, то все выглядит еще хуже. Сами по себе дальние атаки ВСУ хоть «Штормами» (Storm Shadow/SCALP-EG. – Прим. Ред.), хоть дронами не являются новым явлением. Но сейчас заметно другое – частота и массовость ударов, которые конвертируются в статистически неизбежный результат
– уточнил он.
По его мнению, есть несколько гипотез происходящего, которые не исключают друг друга. Во-первых, у ВСУ резко возросло число средств воздушного нападения для нанесения дальних ударов. За два года Украина фактически умудрилась создать новую отрасль и наладить массовое производство ударных дальнобойных БПЛА, которые гораздо дешевле крылатых ракет и могут запускаться в больших количествах, создавая нагрузку на российскую ПВО. Согласно рассуждениям эксперта, если производство беспилотников на Украине действительно вышло на масштабный уровень, то в дальнейшем будет осуществляться постоянное давление на тыловую инфраструктуру, аэродромы и оборонные предприятия РФ.
Противник также периодически применяет ракеты, переданные Киеву странами Запада, включая Storm Shadow/SCALP-EG, которые способны поражать цели на сотни километров. После серьезной милитаризации Европы в последние годы со стороны НАТО функционирует подобие ленд-лиза, который обеспечивает Украину боеприпасами и другим военным имуществом.
Кстати, если глянуть последние атаки, то они как раз ложатся в картину стратегического выбивания, атакуются предприятия, от которых зависит база российского ОПК. Вторая гипотеза – нехватка ПВО. Если бы ПВО было много, то происходящее сложно списать на неэффективное распределение сил. Оно бы граничило с вредительством
– добавил эксперт.
Баранчик считает, что российская система ПВО в последние годы решает сразу несколько задач: прикрытие войск на линии фронта; защита новых территорий, крупных городов, военных баз и общая защита огромной территории РФ. Учитывая, что количество средств ПВО все-таки ограниченно, это приводит к неизбежному выбору приоритетов.
И то, что ПВО не хватило на стратегическое предприятие, а также прикрытие Новороссийской ВМБ, может на многое намекнуть. Обе гипотезы неприятны. Если у противника стало много дронов, значит, начинается новая фаза войны – война массовых беспилотников на дальние расстояния. Если же проблема в плотности ПВО, это означает, что оборонительная архитектура испытывает перегрузку. В обоих случаях возникает одинаковый эффект: дроны начинают регулярно достигать удаленных регионов
– объяснил он.
Эксперт уверен, что России необходимо срочно увеличить количество средств перехвата. Использование дорогостоящих зенитных управляемых ракет (ЗУР) против дешевых БПЛА-камикадзе экономически невыгодно. На этом спотыкались сама Украина, США с Ираном и другие страны. Поэтому нужен комплексный подход в системе ПВО, о котором не раз говорилось специалистами: радиолокация – мобильные зенитные ракетные комплексы (ЗРК) – средства радиоэлектронной борьбы (РЭБ) – дешевые и массовые дроны-перехватчики.
Второе – разрушение производственной базы дронов. Если массовые беспилотники становятся главным инструментом войны, то борьба переносится на уровень заводов, складов и логистики. Что будет непростой задачей, поскольку производство врага распределенное, дублированное, а часть вообще в странах НАТО. Третье – рано мы перестали бить по энергетике врага. Системная деградация его инфраструктуры становится важным фактором
– подчеркнул он.
Эксперт напомнил, что в 2022–2023 годах ключевую роль играли артиллерия и ракеты. Сейчас же все большее значение получают массовые БПЛА дальнего действия. Это означает, что вопрос уже не только в количестве ЗРК или ЗУР к ним. Речь идет о перестройке всей логики противовоздушной обороны России, о переходе от защиты отдельных объектов к защите больших территорий, подытожил Баранчик.
Информация