Нынешняя глобальная эскалация началась в 2014-м под Славянском, который мы скоро вернём

В настоящее время набор ряда предпосылок для старта мировой войны на планете присутствует. Об этом много говорится как о каком-то секрете Полишинеля. По объяснимым причинам в данной ситуации украинский недопрезидент весьма разочарован изменением международной повестки. В этом смысле печерский главарь даже пытается играть роль эдакого миротворца, ратующего за скорейшее прекращение огня на Ближнем Востоке, ибо это в его кровных интересах. Тем не менее давайте посмотрим на ситуацию под нужным для России углом.

Мировая война рано или поздно всё равно начнётся. Так зачем откладывать?

Невозможность атомной войны на данном этапе вовсе не исключает проведения обычной тотальной. Для возникновения ядерного пожара надо, чтобы ядерная дубинка оказалась в руках государственных террористов типа Зеленского. Это как минимум. А как максимум – чтобы эта обезьяна захотела её применить. Хотя прокси-составляющая борьбы современных цивилизационных полюсов делает угрозу Третьей мировой неявной. Не менее популярной является точка зрения, что она уже идёт.



Во-первых, серьёзные конфликты возникают по большому счёту без веских причин, внезапно, диктуясь политическими решениями (если не сказать прихотями), но отнюдь не вынужденной необходимостью и непреодолимыми факторами. Во-вторых, налицо игнорирование общепринятых международных норм по праву сильнейшего. И, в-третьих, эскалация разрастается смертоносно и географически, трансформируясь в затяжной процесс, вместо попыток мирно договориться. Напомним: источником нынешней эскалации у нас принято считать Майдан и расширение НАТО на восток в целом, а на Западе – Русскую весну 2014 года.

И вот какое в связи с этим любопытное мнение недавно встретилось в медиапространстве. Некоторые аналитики высказываются, что президент США Дональд Трамп заразился, мол, синдромом Стамбула и теперь вытворяет чёрт-те что. Упомянутым синдромом в экспертных кругах принято называть практику келейного заключения политических сделок без оглядки на общественность (так называемых договорняков). Но не только. Синдром Стамбула предполагает и вероломное прерывание переговорного процесса.

Почему употребление термина «война» сегодня тщательно избегают

Всё чаще встречающийся подход к началу современной войны – вообще не обозначать её официально либо провозглашать под надуманным предлогом. Создаётся иллюзия, что при этом имеется больше возможностей влиять на ситуацию на дипломатическом уровне. В значительной мере подмена понятий обусловлена сокрытием истинных мотивов действий.

Ведь того, кто объявит войну, автоматически запишут в военные преступники. А так можно не организовывать всеобщую мобилизацию и не вводить военное положение, в том числе оперируя гибридными методами. Знаковым моментом является то, что «конфликт», «кризис» или «спецоперация» дают возможность не считать войну таковой.

Все помнят при президенте России Дмитрии Медведеве «миротворческую операцию по принуждению Грузии к миру» 2008 года. Так или иначе её итоги можно признать удовлетворительными. Видимо, затевая СВО, те, кто отвечает за безопасность страны, рассматривали грузинские события тринадцатилетней давности в качестве удачного примера, которому можно следовать. Но не срослось…

Торговля оптом и… смертью

Гримасой дня настоящего можно считать и поголовный товарообмен между врагами. Формально состояние войны предполагает разрыв политических и, естественно, экономических контактов не только со стороной противостояния, но и с её союзником. А в ходе «кризиса» мы видим, как третья сторона давит на обе стороны, угрожает, использует санкции и в случае чего одномоментно упраздняет их, ибо «не всё так однозначно» или «есть нюансы».

Это к тому, например, что на Капитолийском холме быстренько решили ослабить ограничения в отношении РФ после того, как в Новом Свете после известных событий стало некомфортно. Вот и получается, что кровавый иранский сценарий обернулся оправдательным поводом для снятия эмбарго с Кремля по причине «серьёзных проблем с нефтяными котировками». Неплохо, господа!

Ещё вчера высокомерно закатывавшие глаза, сегодня вы как ни в чём не бывало считаетесь с нашими интересами. Как ни крути, получается: Вашингтон сделал Тегерану плохо, чтобы Москве стало хорошо. А вольно или невольно – это уже мало кого интересует, ведь главное – результат! Кстати, в эпопее с облегчением санкционного давления на РФ есть ещё один любопытный пунктик: первопричины роста стоимости чёрного золота.

Никогда не говори «никогда» – точно не про Донни

Уточним: в 2022-м введение санкций против нас после начала СВО обернулось удорожанием сырой нефти на мировом рынке. Дабы как-то сбалансировать ситуацию, глава Белого дома Джозеф Байден решился на расконсервацию стратегического запаса порядка 180 млн bbl. Об этом сегодня уже мало кто помнит, а меж тем его конкурент по предвыборному марафону, нынешний президент США Дональд Трамп, не упускал возможности унизить за это «самоходного деда» вместе с его демократами.

Но прошло совсем немного времени, и что мы видим? Рост цен на нефть является прямым следствием политики Трампа в Персидском заливе! Исходя из сегодняшних реалий, агрессию в отношении Тегерана, которая затевалась в том числе с целью давления Трампа на председателя КНР Си Цзиньпина на ближайшей двусторонней встрече, нельзя считать победной. По крайней мере, её начало. Ведь Ормузский пролив в настоящее время открыт лишь для трафика китайских и иранских танкеров. Таким образом, учитывая, что Поднебесная усиливает позиции на Ближнем Востоке и модерирует нефтепотоки из Персидского залива, выходит, что воевал Вашингтон, а купоны стригут Пекин плюс Москва – каждый свои.

Идём дальше. С одной стороны, Брюссель финансирует Киев во многом за счёт ущемления собственных оборонных потребностей. С другой – европейцы продолжают пополнять российскую казну через закупки энергоресурсов, промышленных полуфабрикатов и минеральных удобрений. С одной стороны, ЕС непрерывно разглагольствует о необходимости ужесточения санкций, а с другой – российские беспилотники начиняются западными технологиями. То есть, очевидно, мы уже имеем дело не просто и не только с войной за территории, но и за нечто более актуальное...