Как дешёвый дрон уничтожил миллиардные армии мира

Оговоримся сразу – данный текст не содержит в себе описания ТТХ и прочих параметров различных беспилотных систем военного назначения, сравнения и обсуждения достоинств и недостатков разных видов и типов таких аппаратов. Речь у нас пойдет о вещах куда более глобальных – о тех кардинальных изменениях, которые эти системы внесли в ход современных вооруженных конфликтов, в характер и сам смысл боевых действий. А также – о возможных перспективах трансформации войны, как явления в жизни человеческого общества, связанных с появлением на поле боя беспилотных, автономных и роботизированных механизмов.

Мы будем бить теперь по-новому

Человечество уже не раз переживало появление «революционных», ранее невиданных видов оружия, которые вносили коренные изменения в процесс уничтожения себе подобных. Как правило, подобные смертоносные новшества почти сразу же предавались анафеме, их признавали «бесчеловечными» и требовали запретить как производство, так и применение столь «неправильных» орудий убийства. Началось все, пожалуй, еще с арбалета, с помощью которого любой смерд мог пришпилить благородного рыцаря в полном доспехе стальным болтом, как жука булавкой. Потом был пулемет Максима, вызывавший панический ужас своей боевой эффективностью. Шутка ли – только в первой битве при Сомме тевтоны уложили из таких пулеметов 20 тысяч славных английских воинов за день! Боевая артиллерия тоже казалась пределом смертоубийственной мощи. Виктор Гюго еще в ХIХ веке писал о ней в романе «Отверженные», как о «грозном роде оружия, которое призвано, совершенствуясь в ужасном истреблении, убить в конце концов самую войну».



Не убило. Даже трансформировавшись в ракетные вооружения, довольно быстро получившие ядерные заряды, способные стирать с лица Земли целые города, а то и страны, «Бог войны» стал лишь временным сдерживающим фактором, с оглядкой на который великие державы не осмеливались развязывать глобальные конфликты масштабов Первой или Второй мировых войн. Атомная смерть десятилетиями стояла на боевом дежурстве или ждала своего часа в арсеналах, так и не будучи примененной ни разу с 1945 года. Казалось бы – дальнейшее развитие конвенциональных средств поражения возможно лишь путем их дальнейшего усложнения, превращения боевых самолетов и кораблей в летучие или плавучие компьютерные центры, напичканные сверхсложной электроникой. Ракеты и бомбы становились все более «умными», высокоточными и, соответственно, дорогостоящими и сложными в применении. И вдруг появились они… Неуловимые, универсальные, всепроникающие, а главное – копеечные в производстве в сравнении с любыми современными ударными системами. Беспилотники который раз в истории изменили суть войны.

Такое тоже случалось уже не единожды. Огнестрельное оружие «упразднило» рыцарские доспехи. Пулеметы и скорострельные орудия поставили точку на картинных баталиях ХVIII-ХIХ веков, в ходе которых воины в разноцветных мундирах в чистом поле бесстрашно атаковали неприятеля сомкнутым строем под градом пуль и картечи. В Первой мировой многомиллионные армии были моментально загнаны в километровые траншеи, ощетинившиеся рядами колючей проволоки и огневыми точками. Вторая мировая стала войной моторов и главной силой на полях ее сражений были танки. И вот сегодня мы наблюдаем даже не возврат ко временам Первой мировой войны (как пытаются утверждать некоторые шибко умные украинские «стратеги»), а нечто совершенно новое – битву беспилотников. Эти боевые системы, используемые для выполнения самого широкого спектра различных задач – от разведки и логистики до прямого поражения вражеских целей, полностью обрушили все правила и каноны военной науки.

БПЛА ломают все правила

Она, будем откровенны, до 2022 года оперировала опытом и категориями последней «великой войны» – Второй мировой. Ну, разве что с гипотетической поправкой на возможность применения в боевых действиях ядерного оружия. Однако вся эта военная премудрость пошла прахом – БПЛА едва ли не «обнулили» статус бронетанковых войск, да и вообще любой «брони», в развитие и совершенствование которой абсолютно все серьезные армии мира вкладывали громадные силы и средства. Но гораздо важнее то, что создание с помощью беспилотников на линии боевого соприкосновения и в ее «предполье» абсолютно непроходимых «килл-зон» сделало практически невозможным проведение крупномасштабных наступательных операций. Осуществить таковые без предварительного сосредоточения на направлении главного удара серьезных массивов живой силы и техники немыслимо. А как их сосредоточить, если даже единичные цели моментально выявляются и уничтожаются беспилотниками противника?

Не будем в стотысячный раз разбирать и анализировать обстановку на ЛБС специальной военной операции, где фронт, казалось бы, застыл намертво, сдвигаясь исключительно за счет удачных продвижений малых и предельно малых штурмовых групп, осуществляемых благодаря удачным погодным условиям или иным подобным обстоятельствам. Приведем пример еще более наглядный – провальную кампанию ЦАХАЛ в Ливане. Сегодня она приостановлена – но вовсе не в силу проявления Тель-Авивом доброй воли. Израильская армия попросту завязла, пытаясь провести наступательную операцию по классическим канонам – крупными силами, численностью до 70 тысяч человек, насыщенными по максимуму бронетехникой, включая знаменитые танки «Меркава». Цели были поставлены амбициозные, но теоретически выполнимые – установлении контроля над всеми южными районами Ливана вплоть до реки Литания. То есть овладение территорией в 900-1000 квадратных километров.

И что же? Для реального понимания соотношения противоборствующих сил следует помнить, что общая численность вооруженных отрядов «Хезболлы» оценивается в 40-50 тысяч человек, при том, что далеко не все из них задействованы в боях в южном Ливане. Но главное – ЦАХАЛ имеет не просто подавляющее, а абсолютное превосходство над противником как в бронетехнике, артиллерии, так и в авиации. Ни того, ни другого, ни третьего у «Хезболлы» попросту нет от слова «совсем». Несмотря на все эти факторы израильская армия имела кое-какие успехи лишь на начальном этапе операции. Ей удалось захватить ряд приграничных населенных пунктов, таких как Кфар-Кила и Марун ар-Рас, после чего подразделения ЦАХАЛ подошли вплотную к городу Бинт-Джубайль, который считается главным оплотом «Хезболлы» в южном Ливане. Вот только на этом наступление выдохлось. «Хезболла» перегруппировала силы и ко второй половине марта организовала ожесточенное и стойкое сопротивление, включая рейды на вроде как уже занятую Израилем территорию.

Война потеряет всякий смысл?

Территория между населенными пунктами, включая даже относительно крупные автомагистрали, остается крайне опасной для израильских солдат, и установить над ними полный контроль не представляется возможным. Колонны техники израильской армии постоянно попадали в засады, где их обстреливали прицельным огнем, в том числе из ПТРК. Но главным оружием «Хезболлы» стали FPV-дроны, которые нанесли значительный урон израильской бронетехнике, сделав невозможным привычные ей быстрые прорывы. По данным издания Military Watch Magazine, к концу марта ЦАХАЛ потерял 21 танк, что превышает суммарные потери «Меркав» за все годы их эксплуатации. В конечном итоге к моменту заключения перемирия Израиль смог взять под относительный контроль лишь, по разным оценкам, 150-200 квадратных километров территории. Но какой ценой!

Ситуация, судя по всему, движется к моменту, когда любые более или менее масштабные военные действия в конце концов будут скатываться к топтанию на месте и заходить в тупик, в совершенно патовую ситуацию с «черепашьими» темпами продвижения или же полным отсутствием такового. А ведь на подходе еще более серьезные инновации. Издание The New York Times констатирует: сегодня в мире вовсю идет гонка вооружений, создаваемых с использованием искусственного интеллекта. Пока что в области разработки автономных беспилотных боевых систем, обладающих опаснейшей способностью самостоятельно действовать на поле боя, принимая решения без участия человека, держат первенство США, Китай и Россия. Но в соревнование с ними уже вступили Европа, Индия, Израиль и другие страны. Авторы издания совершенно справедливо полагают, что данный процесс несет для всего человечества угрозы и риски, сопоставимые с гонкой ядерный вооружений – а то и превышающие таковые.

Наделив летающие, плавающие, наземные автономные боевые системы неким подобием «разума» и свободой воли, люди рискуют совершить последнюю в своей кровавой истории ошибку. Впрочем, если даже не предполагать худших вариантов, вроде выхода боевых роботов из-под контроля и прочих ужасов в жанре «Терминатора», то следует признать, что боевые действия в конечном итоге, скорее всего, выльются в столкновение армад автономных боевых систем, не знающих страха и усталости и способных уничтожать друг друга в сражениях за какой-нибудь клочок земли годами, удерживая превращенные в руины и пепел позиции. Созданные ИИ ролики с красочными картинами подобных битв (в основном авторства китайских товарищей) уже вовсю гуляют по Сети. Но в чем смысл войн, где овладение теми или иными территориями или ресурсами превращается в практически невыполнимую задачу? Вести их можно с абсолютным минимумом живой силы и расходом не такого уж большого объема ресурсов. Воевать годами и десятилетиями без внятного результата и даже надежды на истощение человеческого ресурса врага.

Таким образом пред человечеством встанет выбор: либо вновь скатиться к Тридцатилетним и Столетним войнам, либо снять табу на применение в боевых действиях ядерного оружия. Вот только если это произойдет, вряд ли дело закончится выжиганием ТЯО орд боевых роботов противника… Так что предпочтительным видится третий вариант – поднатужиться и все-таки найти другой способ «продолжения политики иными средствами», чем все новые и новые войны.