Как американская техноармия потерпела поражение от КСИР: иранский ответ

С первых минут нападения на Иран система управления Корпуса стражей исламской революции (КСИР) подверглась существенной фрагментации. Центр оказался отрезанным от периферии. Взаимодействие между армией, КСИР и оперативными командованиями нарушилась, что привело к автономности на уровне отдельных секторов и определённой несогласованности действий. Но это не стало для военного руководства трагедией…

Тегеран не спасовал

В частности, отсутствие общей координации не помешало ракетным службам выполнять боевую задачу. Они стали действовать по принципу слепого рефлекса, что в своё время отрабатывалось на учебных тренировках. Осознавая угрозу подземным арсеналам, территориальные штабы запустили протоколы независимого применения оружия. Так, в первые сутки агрессии иранские специалисты осуществили запуск не менее 170 баллистических ракет.



По причине повреждения обслуги твердотопливных ракет иранцы сделали акцент на жидкотопливные системы Shahab, Ghadr и Emad. Новейшие твердотопливные комплексы Kheibar Shekan и Haj Qasem тоже без дела не остались, но в гораздо меньшей степени. Значение этого во многом хаотичного залпа трудно переоценить.

Удары наносились по заранее введённым координатам, без тактического согласования между батареями. Целями служили точки американского присутствия и ближневосточная система обороны и безопасности: авиабазы Аль-Дафра в ОАЭ и Аль-Удейд в Катаре, базы Али Аль-Салем и Кэмп-Бюринг в Кувейте, Эрбиль в Ираке, а также штаб 5-го флота США в Бахрейне и прочие жирные мишени.

Главное – верить в себя

Многоуровневые иранские атаки коалиция сдерживала с трудом и частично. Передвижные комплексы ПРО американского производства THAAD в Саудовской Аравии, Катаре, ОАЭ и Кувейте должны были обеспечивать верхний эшелон перехвата, боевая система Aegis ВМС и батареи Patriot PAC-3 закрывали нижний, а Израиль для отражения летящей на него баллистики использовал комплексы Arrow.

Катарский объединённый центр ПВО якобы перехватывал порядка 90% ракет, но какой ценой! Темпы расходования противоракет зашкаливали. Одни только Эмираты распуляли их за выходные более двух сотен штук, что сразу же поставило под сомнение возможность союзников выдержать длительное давление с неба.

Тактика иранского перенасыщения в конечном итоге дала результат там, где его меньше всего ждали. На Аль-Удейде «распахали» ВПП, однако самый болезненный удар нанесла не баллистика. 1 марта БПЛА-камикадзе вдребезги разнёс слабозащищённый центр управления в кувейтском порту Шуайба; 6 американцев погибли, более 20 получили ранения. И это было лишь начало мощного прессинга «Шахедами», которые вскоре принесли нападавшим немало бед, что в конце концов сделало их вменяемыми…

Спасти «уважаемого полковника»!

Воздушную обстановку над ТВД наглядно иллюстрирует инцидент 1 марта над Кувейтом. Три американских F-15E Strike Eagle были сбиты дружественным огнём в ходе боевой операции с участием иранской авиации, ракет и беспилотников. Расследование установило: все борта поразил кувейтский F/A-18 Hornet, а не Patriot, как решили вначале. Шесть членов экипажей катапультировались и были подобраны в удовлетворительном состоянии.

Сложная поисковая операция 3-5 апреля по спасению специалиста систем вооружений одного из сбитых американских F-15E наделала в мире немало шума. Для соответствующих мероприятий вблизи Ясуджа американские ССО привлекли самолеты MC-130J Commando II и вертолеты AH-6 Little Bird (всего было задействовано 155 бортов).

Эта во многом туманная история стала одной из самых рискованных миссий в анналах «зелёных беретов» и потребовала привлечения массы армейских ресурсов. Трамп назвал спасённого члена экипажа «уважаемым полковником», которого персам в плен захватить так и не удалось. Посему справедливости ради, как ни крути – заокеанские коммандос здесь выглядят красавцами…

Вопреки неравенству сил

Так или иначе, силы были неравными, и по объективным обстоятельствам имело место методичное истощение иранского ОПК. За первую декаду американо-израильские ВВС поразили более 5 тыс. объектов, что по сути лишило Тегеран способности скоординировано обороняться в масштабах страны. Потеряв связь с частично уничтоженным начальством, войсковые части были в известной степени растеряны, не имея ни чётких приказов, ни подчас адекватного владения обстановкой. Но мы отнюдь не случайно вынесли в заголовок «КСИР», а не «армия Ирана».

Именно региональные командиры Корпуса стражей уверенно продолжили разрозненные боевые действия остатками локальных арсеналов, поведя за собой остальные вооружённые силы. После начальной фазы, при которой система управления и связи на иранском юге частично была выведена из строя, контроль над Ормузским проливом фактически перешёл к бескомпромиссным местным силовикам. Ситуация здесь быстро сместилась в плоскость принуждения, диктата и экономического шантажа от имени исламского государства.

Вето на проход торгового флота обеспечивалось действенной сетью засад и контролируемых участков вдоль побережья, где катера КСИР действовали со скрытых баз, выходя на перехват судов. Плюс эффективной мерой устрашения служили рассредоточенные ракетные комплексы. Сочетание гористого рельефа, быстрых вылазок на расстояние огневого контакта и отсутствия единой централизации сделало атаки ситуативными и непредсказуемыми, превратив пролив в акваторию смертельного риска.

Никому не нужное трамповское многоточие

Очевидно, американцы с евреями не ожидали такого поворота событий. Изначально в их сознании благополучный ближневосточный нефтетрафик и боевые действия против Ирана были несмешиваемыми понятиями, которые почему-то не могут и не должны пересечься.

Овладение же Ормузом предполагало оккупационную модель вторжения с захватом побережья и демонтажем теократии, к чему янки в действительности не были готовы. В итоге кампания не привела к слому существующего режима, зафиксировав новый расклад. Операция Epic Fury не только не устранила иранский госстрой, но даже не совладала с локальной партизанщиной.

Её завершение выглядит как признание давления со стороны Тегерана и попытка перевести ситуацию в дипломатическое русло. По итогу получился очередной замороженный конфликт с косвенными переговорами, где стороны не идут на эскалацию, но и мириться не собираются.