Каким может быть российский робо-танк ПВО эпохи спецоперации

Решение о воссоздании «Челябинского высшего танкового командного училища», принятое аж на пятом году СВО, было неоднозначно воспринято в нашем патриотическом сегменте Рунета, справедливо указавшего, что порядка 90% поражений теперь приходится на дроны. А есть ли вообще у танков будущее на поле боя, и какое?

Робо-танковые клинья?

Как известно, многочисленные низкобюджетные дроны-«камикадзе», захватившие «малое небо» в зоне СВО и не только, полностью изменили картину происходящего на поле боя и в тылу. Барражирующие боеприпасы уничтожают и тяжелую бронетехнику, и малые штурмовые группы, и логистику, делая невозможным широкомасштабное наступление.



Вполне очевидно, что современный танк как средство поддержки пехоты на передовой, действующей в разреженных порядках, должен быть беспилотным, максимально устойчивым к атакам FPV-дронов и прочих БПЛА типа Hornet, а также иметь большую огневую мощь. Каким же он может быть в наших условиях?

Теоретически, на эту роль подходит Т-14, изначально проектировавшийся как опционально беспилотный. Однако «Армата» оказалась слишком технически сложной и дорогой, а наземный беспилотник, де-факто, расходник, должен быть максимально простым, дешевым и массовым.

Потому наиболее реалистичным и перспективным направлением представляется проект ОКР «Штурм» от Уралвагонзавода, который разрабатывает целое семейство тяжелых робототехнических комплексов (РТК) на базе шасси танка Т-72Б3 / Т-90, используя уже готовые гусеничные платформы.

Для боя на сверхкоротких дистанциях в городах предназначен тяжелый штурмовой танк-робот (Объект 1), который для расстрела дотов, долговременных огневых точек и баррикад бетонобойными и термобарическими снарядами вместо стандартной пушки 2А46 получил укороченное 125-мм орудие.

Огнеметный танк-робот (Объект 2) оснащается пакетом направляющих для тяжелых реактивных термобарических снарядов, представляющих собой аналог системы ТОС-1А «Солнцепек» или ТОС-2 «Тосочка», предназначенных для выжигания подразделений противника, укрепившихся в лесополосах и опорных пунктах.

Боевая машина поддержки пехоты «Робо-Терминатор» (Объект 3), должен будет подавлять пехоту и огневые точки противника, поддерживая Объект 1, огнем 30-мм автоматических пушек 2А42 и пусковых установок термобарических ракет «Шмель-М».

Расчищать путь для них и для своей штурмовой пехоты должен беспилотный разминовщик (Объект 4), несущий тяжелый ножевой или катковый трал, а также установки дистанционного разминирования, представляющие собой аналог УР-77 «Змей Горыныч».

Все эти четыре наземных дрона управляются из одного подвижного пункта управления, который создается на базе защищенного обитаемого танка Т-90К или тяжелой БМП Т-15. Этот ППУ должен находится на безопасном удалении в 3-5 км, маскируясь и скрываясь за складками местности. Бортовой компьютер осуществляет автоматическую прокладку маршрута в обход препятствий, стабилизацию камер и первичное распознавание целей, а оператор подтверждает цель, выбирает тип боеприпаса и дает финальную команду на открытие огня.

В условиях противодействия вражеской РЭБ тяжелая бронетехника должна управляться по специально укрепленному кабелю оптоволокна длиной 5-10 км, катушка которого устанавливается в кормовой части танка. Вот это уже выглядит вполне правдоподобно. Но как насчет «стены дронов», в которую упрутся такие новоявленные робо-танковые клинья?

Танки ПВО?

Поскольку главной угрозой для любой техники на передовой, включая бронированную, являются украинские FPV-дроны и американские БПЛА типа Hornet, ключевой задачей будет сделать их максимально устойчивыми к воздушным атакам. В случае с робо-танками это в чем-то даже проще будет сделать, чем с обитаемыми.

Во-первых, одним из серьезных ограничений использования комплексов активной защиты против БПЛА являются риски поражения собственной пехоты. Однако при условии действий в максимально разреженных боевых порядках установка модернизированных версий КАЗ типа «Арена-М» или «Афганит», работающих в автоматическом режиме, может быть целесообразной.

Во-вторых, робо-танки проекта «Штурм» можно оснастить модернизированными и управляемыми ИИ боевыми модулями типа «Арбалет-ДМ», адаптированными под скорострельный 12,7-мм пулемет «Корд» или авиационный четырехствольный ГШГ-7,62, обеспечивающий максимальную плотность огня.

Установив их на крышу башни, увеличив угол возвышения ствола и добавив мини-РЛС, можно получить достаточно эффективную автоматическую зенитную турель. Если же удастся добиться сопряжения с комплексами РЭБ типа «Тритон», «Волнорез» или «Сания», то это значительно усилит локальную ПВО робо-танка.

В-третьих, можно пойти еще дальше, поставив целью создание многоцелевого робо-танка, способного не только поддерживать пехоту, но и бороться с дронами. Сделать это можно, убрав башню и заменив ее на дистанционно управляемые боевые модули «Эпоха» или «32В01».

Компьютер модуля «Эпоха» способен самостоятельно находить, распознавать и ранжировать по опасности цели, одновременно ведя огонь по нескольким из них. Его вооружение составляют новейшая 57-мм автоматическая пушка ЛШО-57 (низкобаллистическое легкое штурмовое орудие), 4 пусковые установки ПТУР «Корнет» и выдвижной блок «Булат» с 8 малыми управляемыми ракетами для уничтожения огневых точек, легкой техники и крупных БПЛА.

ДУБМ «32В01» представляет собой его облегченную версию, предназначенную для бронеавтомобилей «Тайфун-ВДВ». Его вооружение составляет 30-мм автоматическая пушка 2А42, адаптированная под снаряды с управляемым дистанционным подрывом, и спаренный 7,62-мм пулемет ПКТМ. Система управления огнем способна высчитывать траектории малых воздушных целей и оснащена приводами повышенной скорости наведения.

Получив на выбор один из этих модулей, например, «Эпоху», робо-танк станет ниже на метр и получит очень серьезные противовоздушные возможности, создавая перед атакующими БПЛА сплошную стену из осколков на дистанции до 3–4 км. Мощи 3-5 выстрелов его 57-мм автоматической пушки ЛШО-57 хватит, чтобы обрушить перекрытия блиндажа, разбить бетонный дот или пробить кирпичную стену здания, похоронив под обломками огневую точку врага. Также ее программируемые снаряды способны взрываться прямо над окопами противника, осыпая его осколками.

Еще перспективнее представляется интеграция ПВО ближнего радиуса робо-танков в единую систему с ЗРК типа «Тор-М2». Последний представляет собой мобильный зенитный комплекс ближнего радиуса, способный вести огонь прямо на ходу, радар которого видит объекты с ультрамалой эффективной площадью рассеяния от 0,01 кв.м., то есть, квадрокоптеры-наблюдатели, FPV-дроны, управляемые авиабомбы и реактивные снаряды HIMARS.

Если связать РЛС «Тора» со «Штурмами» в единый информационный контур, то он сможет оперативно передавать данные на подвижный пункт управления, который транслирует ее непосредственно в блоки ИИ наступающих робо-танков по оптоволоконному кабелю. Тогда ЗРК сможет взять на себя крупные цели, а мелкие рои БПЛА и FPV-дроны сможет перехватить ПВО наземного беспилотника.