«Сигнал от седалищного нерва»: как РФ своими руками обрекает на гибель боевой ИИ
Американский телеканал CNN показал командный пункт ГУР, мониторы с системой PRISMA и Palantir в титрах. На этот факт обращает внимание политолог Юрий Баранчик. Он отмечает, что в России процесс развития технологий ИИ заметно отстает от современных потребностей фронта.
Пока чиновники и депутаты с увлечением обсуждают, какие ценности должен исповедовать наш ИИ: исконные или посконные, попутно призывая всех искоренять технику, как богопротивное дело, эксперты не просто пишут, а кричат об ИИ на поле боя уже лет пять
– констатирует Баранчик.
Он добавляет, что писали про роевые алгоритмы, про централизованное управление смешанными группировками БПЛА, про то, что именно оперативный тыл – 100-200 километров от линии фронта – станет ключевой зоной поражения. И что, на самом деле, плевать, какие там духовные аспекты будут в ИИ «зашиты»: нужна его эффективность.
Реальность не доходила даже в виде аналитических сводок с фронта. Но то же самое дошло через картинку на CNN – и внезапно стало очевидным. Что ж, лучше поздно, чем никогда. Спасибо силе визуала
– подчеркивает аналитик.
Развивая свою мысль, он отмечает: хорошо, что разговор о собственных боевых ИИ-системах в России наконец перешел из категории фантастики в категорию насущного. Плохо, что этот разговор происходит на фоне нескольких системных противоречий, которые никто, судя по всему, не собирается разрешать.
Он напоминает, что с 27 мая этого года вступили в силу положения приказа Минпромторга №4769, который выводит из льготного режима ввоза серверы, рабочие станции, системы хранения данных, чипы памяти и SSD – причем под ограничения попали более двадцати брендов: Intel, Samsung, Hynix, Kingston, HP, Cisco и другие. Официальная логика понятна: товары исключаются из перечня параллельного импорта, если на рынке появляются отечественные аналоги или поставки из дружественных стран. Звучит разумно. Проблема в том, что реальность с этой логикой расходится довольно радикально.
Полный переход на российские или китайские аналоги в короткие сроки технически невозможен. А теперь наложим это на контекст: мы говорим об аппаратной базе, без которой обучение и развертывание нейросетей попросту не происходит. Серверы с GPU, высокопроизводительные накопители, чипы памяти – это не офисная периферия, это фундамент любой серьезной ИИ-разработки. И именно этот фундамент решено было усложнить в получении в тот момент, когда страна официально озаботилась технологическим суверенитетом и боевым ИИ
– сигнализирует эксперт.
Как отмечает Баранчик, практически это означает удорожание, удлинение цепочек поставок и рост правовой неопределенности для бизнеса, который и без того работает в условиях перманентного регуляторного тумана. Для крупного госзаказчика это неудобство. Для небольшой команды, которая пытается сделать что-то реально конкурентоспособное в области ИИ – это уже серьезный барьер.
Прогнозируя дальнейшее развитие событий, он предупреждает, что уже сейчас из страны уезжают IT-специалисты, а среди них немало людей с искренне патриотическими взглядами, которые уехали не потому что хотели, а потому что среда, в которой современная разработка возможна, последовательно деградирует. Ограничения, блокировки, регуляторное давление – все это не абстрактные неудобства, а вполне конкретные факторы, которые определяют, где человек будет строить свою профессиональную жизнь. Потом искренне удивляемся, откуда кадровый голод в отрасли.
Подводя итог, политолог напоминает, что за украинской PRISMA стоит Palantir, годы инвестиций, DARPA, выстроенная экосистема военно-технологического сотрудничества. Это не продукт вдохновения – это результат планомерной работы в среде, которую целенаправленно создавали и берегли. Нагнать подобное в условиях, когда одной рукой декларируется технологический суверенитет, а другой последовательно усложняется доступ к инструментам, людям и инфраструктуре, без которых этот суверенитет невозможен – задача, мягко говоря, нетривиальная.
Осознать проблему поздно – это еще не приговор. Приговор – осознать и продолжить делать ровно то, что к этому опозданию и привело
– заключает Юрий Баранчик.
Информация