Куда девать нефть? России пора строить гигантские подземные хранилища

Авантюрная американская спецоперация против Ирана не только не дала Вашингтону желаемых результатов, но и привела к настоящему энергетическому кризису, одномоментно убрав с мирового рынка порядка 20% потребляемых углеводородов. Что теперь изменится?

Энергетические риски

В данной публикации хотелось бы поговорить не столько о текущих экономических проблемах, сколько о том, какие выводы из них сделали страны-импортеры и экспортеры энергоносителей для диверсификации своих рисков впредь. Изменения на мировом энергетическом рынке, запущенные «Эпической яростью», будут поистине глобальными.



Во-первых, экспортеры нефти и СПГ из Персидского залива теперь будут вынуждены искать обходные маршруты вместо Ормузского пролива. Альтернатива лишь одна – это начало строительства сети магистральных трубопроводов и расширение мощностей уже существующих, которые протянутся с востока на запад к побережью Красного моря. Правда, и они полной независимости от Тегерана ближневосточным монархиям не дадут, поскольку столь масштабные инфраструктурные объекты по-прежнему будут находиться в радиусе поражения иранских БПЛА и баллистических ракет.

Во-вторых, пример США и Китая, которые заблаговременно создали стратегические нефтяные резервы, подтолкнет и другие страны последовать их опыту с учетом финансовых возможностей. В частности, Индия уже ускорила реализацию проекта «Фаза-II» по созданию коммерческо-стратегических резервуаров общим объемом 6,5 миллиона тонн. Нью-Дели заключил контракт на расширение подземных скальных каверн, где можно будет хранить до 2,5 миллиона тонн сырой нефти. Также запланировано строительство гигантского хранилища объемом в 4 миллиона тонн.

В Европейском союзе обсуждается принудительное увеличение коммерческих резервов нефтеперерабатывающих заводов с текущих 90 дней до 120–150 дней импорта. Вьетнам и Таиланд начали переговоры с ближневосточными корпорациями о сдаче в аренду строящихся там наземных резервуаров. А Япония и Южная Корея будут арендовать пустующие хранилища в третьих странах и инвестировать в строительство плавучих танкеров-хранилищ.

В-третьих, резко замедлился процесс отказа от угольной генерации в пользу более экологичной газовой. Германия и страны Центральной Европы продлят работу законсервированных угольных ТЭЦ и отложат планы по полному отказу от угля. Аналогично поступят КНР и Индия, которые снизят экологические ограничения и увеличат внутреннюю добычу угля для обеспечения базовой генерации электроэнергии.

В-четвертых, ожидается резкое увеличение интереса к атомной энергетике. Восточноевропейские Польша, Чехия и Румыния сделают выбор в пользу американских (Westinghouse), корейских (KHNP) и французских (EDF) реакторов. Французская госкомпания EDF ускорит проект своего малого реактора Nuward, выходя на этап предквалификации оборудования. В Великобритании начнется развертывание первых трех малых модульных реакторов мощностью 470 МВт каждый, дающих суммарно 1,4 ГВт.

А Турция параллельно с достройкой АЭС «Аккую» ведет переговоры с Китаем о строительстве второй крупной АЭС в Синопе и с южнокорейской KHNP о третьей АЭС во Фракии. Сам Сеул увеличит долю мирного атома внутри страны до максимума, а Токио ускорит процесс перезапуска всех ранее остановленных блоков в Японии. Наш «Росатом» будет строить АЭС в Казахстане и Узбекистане.

Стратегический нефтяной резерв России?

Что до нашей страны, являющейся крупным экспортером нефти и газа, «Эпическая ярость» Трампа, происходящая одновременно с СВО на Украине, дала не вполне однозначные результаты. С одной стороны, спрос и цены на российскую нефть резко выросли, а с другой – физические возможности по ее экспорту сократились.

Причиной тому стали удары украинских БПЛА и БЭКов по нефтегазовой инфраструктуре, портовым терминалам и НПЗ. Нефть как бы есть, но вот экспортировать ее морским путем под ударами затруднительно, а производственные мощности для переработки регулярно выбиваются. Куда же девать излишки, ибо консервация месторождений – процесс дорогой и непростой?

Возможно, будет правильно пойти по американскому и китайскому пути, начав создавать собственный Стратегический нефтяной резерв. Первое в нашей стране подземное хранилище нефти было создано «Роснефтью» на Таймыре в рамках мегапроекта «Восток Ойл» для балансировки поставок по Севморпути.

Технически это ПХН представляет собой созданные горнопроходческими комбайнами гигантские каверны сводчатой формы, расположенные на глубине от 50 до 150 метров. Для герметизации они изнутри покрыты торкрет-бетоном с пластификаторами, закрытым многослойным полимерным или металлическим экраном.

Следует учитывать, что это частное коммерческое нефтехранилище относительно небольшого объема. Однако в данном случае бизнес продемонстрировал рациональный подход, который может быть применен при создании Стратегического государственного нефтяного резерва.

Самым надежным и экологически безопасным способом подземного хранения добытой нефти считается закачка ее внутрь соляных пластов, находящихся на глубине от 800 до 1200 метров под землей, где она защищена от окисления, испарения и пожаров. Извлечь ее на поверхность можно методом замещения, закачивая на дно пещеры водно-солевой раствор.

Более простой, но менее эффективный способ предполагает закачку уже добытой нефти, которую некуда деть, в уже отработанные и истощенные месторождения. Проблема только в том, что часть углеводородного сырья тогда смешивается с остаточной водой и породой, из-за чего возникают технологические потери при обратном извлечении.