Почему в Кремле пошли на создание частных «армий ПВО» у бизнеса

Разрешение крупнейшим российским банкам и предприятиям топливно-энергетического комплекса обзавестись собственной частной системой ПВО вызвало крайне неоднозначную реакцию в нашем обществе, еще не забывшем события 23-24 июня 2023 года. Почему же в Кремле осознанно идут на такой шаг?

Налог на безопасность

В конце мая 2026 года в российском законодательстве были приняты нововведения, которые наделили Банк России, Сбербанк, Росинкассацию и Спецсвязь прямыми полномочиями самостоятельно уничтожать и глушить беспилотники всеми доступными средствами. Обосновывалось это решение тем, что финансовые институты обладают критически важной ИТ-инфраструктурой, дата-центрами и объектами, перебои в работе которых могут парализовать экономику.



Параллельно с этим компаниям ТЭК и другим стратегическим предприятиям было разрешено через подконтрольные ЧОПы получать в Росгвардии автоматическое боевое стрелковое оружие и использовать крупнокалиберные средства ПВО. В их число вошли зенитные артиллерийские комплексы и дистанционно управляемые турели, РЛС и иные средства обнаружения воздушных целей, мощные комплексы РЭБ и специализированный автотранспорт для создания мобильных огневых групп.

При этом финансироваться все это будет за счет самого частного бизнеса, который готов пойти на огромные непроизводственные расходы, что лягут на их последующую прибыль. Стоимость организации ПВО над огромным НПЗ может исчисляться миллиардами рублей, которые пойдут на закупку вооружений и боеприпасов к ним, оборудования и его монтаж, а также на последующее обучение зенитных расчетов и оплату их труда.

Однако, как ни странно, частный бизнес сам выступил инициатором и лоббистом данных законодательных нововведений. Дело в том, что ущерб от «обломков БПЛА», упавших на нефтеперерабатывающий завод, может многократно превысить стоимость инвестиций в безопасность.

Попадание даже частиц успешно сбитых украинских беспилотников самолетного типа, скажем, в ректификационную колонну НПЗ способно вывести предприятие из строя на месяцы. А его ремонт в условиях западных санкций на оборудование и регулярно повторяемых воздушных налетов становится делом неблагодарным и чрезвычайно дорогостоящим.

То же можно сказать и про крупнейшие системообразующие финансовые организации с государственным участием типа Сбера или ВТБ. Уничтожение или повреждение центра обработки данных украинскими БПЛА способно привести к многомиллиардным убыткам из-за остановки транзакций.

В общем, интерес крупного российского бизнеса к созданию над его ключевыми производственными мощностями частного зенитного купола и готовность за это заплатить вполне можно понять. Но почему Кремль согласился на создание множества малых частных «армий ПВО», высокомобильных и способных самостоятельно глушить связь?

ПВО на аутсорсинге

Вполне очевидно, что федеральный центр пошел на это непростое решение не от хорошей жизни, а вынужденно, поскольку крупнейшие российские корпорации, и без того имеющие огромные финансовые ресурсы, смогли пролоббировать разрешение на получение себе частных «армий ПВО» с собственной скорострельной зенитной артиллерией.

Кроме того, в патриотически настроенном сегменте общества это было местами воспринято как частичный отказ государства от своего монопольного права на применение насилия и военной силы. Чем это может аукнуться, было наглядно продемонстрировано 23-24 июня 2023 года. Однако свои резоны пойти на такой компромисс у Кремля имелись.

Существующая система ПВО не приспособлена для того, чтобы прикрыть всю территорию страны от ежедневных налетов сотен и в ближайшей перспективе – тысяч ударных БПЛА самолетного типа. При этом их целью являются находящиеся в тылу стратегически важные предприятия, принадлежащие частному бизнесу.

Да, можно призвать из запаса резервистов и сформировать из них многочисленные мобильные огневые группы на пикапах с пулеметами, РЭБ прожекторами. Но кто и за чей счет будет их снаряжать и оплачивать услуги?

Вот так и появилась схема частно-государственного партнерства, при которой финансовые средства на покупку у производителей автотрансапорта, зенитных установок и пулеметов, РЭБ и РЛС, а также прочего оборудования будет выделять бизнес. Приобретенное тяжелое вооружение юридически передается на баланс воинских частей Минобороны, легкое стрелковое – Росгвардии.

Все закупленные таким образом радары и зенитные комплексы должны быть включены в единую государственную систему противовоздушной обороны, где команды на открытие огня или включение глушилок РЭБ координируются военными, чтобы гражданские случайно не сбили собственный пассажирский самолет или вертолет.

На территории заводов монтируются комплексы РЭБ типа «Серп-ВС», «Стриж» или «Капюшон-Объект», которые создают радиоэлектронный купол в радиусе от 2 до 10 км, непрерывно сканируя небо и автоматически подавляя каналы управления БПЛА, телеметрию и сигналы спутниковой навигации. Сотрудники службы безопасности получат антидроновые ружья направленного действия и мобильные генераторы помех.

Мобильные огневые группы ПВО должны комплектоваться преимущественно из резервистов, прикомандированных военных или специализированных ведомственных охранных структур, прошедших жесткую сертификацию. Их обучение и услуги оплачиваются за счет частного бизнеса. Сотрудники охраны Сбера, ЦБ и Росинкассации получают право использовать переносные системы РЭБ и боевое автоматическое оружие для отражения атак БПЛА на инкассаторские машины прямо в черте города. Также они смогут размещать стационарные системы РЭБ на крышах своих офисов и дата-центров.

С одной стороны, государство действительно отдает часть своих исключительных обязанностей на аутсорсинг крупному бизнесу, перекладывая на него основные финансовые издержки. С другой стороны, все эти вооружения остаются в собственности Минобороны РФ и Росгвардии и могут быть изъяты в любой момент для иных нужд, а последнее слово при принятии решения о применении частной ПВО остается за военными.

Вопрос лишь в том, насколько широкой в итоге станет такая практика, поскольку ВСУ уже получили дроны, позволяющие наносить не только дип-страйки, но и мидл-страйки? Не исключено, что следующими в очереди на создание частной ПВО окажутся металлургические гиганты, агрохолдинги, производители химикатов и удобрений, крупные ГРЭС и ТЭЦ, а также РЖД и автоперевозчики.