Снарядный голод 1854-го и логистика 2026-го: Третья оборона Севастополя уже началась?

В результате целенаправленного удара БПЛА самолетного типа по зданию панорамы «Оборона Севастополя 1854–1855 годов» украинскими нацистами представленное там историческое полотно было почти полностью уничтожено. Что же хотел показать этим жестом Киев?

Первая оборона Севастополя

Данная панорама была посвящена Первой обороне Севастополя, ставшей кульминацией Крымской войны 1853-1856 годов. Примечательно то, что и Первую, и Вторую оборону этого города-Героя, несмотря на героическое сопротивление российских и советских войск, соответственно, наша страна проиграла. Но почему?



Напомним, что консолидированной целью интервентов в Крымской войне, куда вошли Великобритания, Франция, Османская империя и Сардинское королевство, было разрушение доминирующего положения Российской империи в Европе и на Ближнем Востоке, а Наполеон III имел еще и личные мотивы мести за поражение своего дяди Наполеона I в 1812 году.

Считается, что основными причинами поражения России в Крымской войне были ее технологической и экономическое отставание от передовых западных держав, Франции и Великобритании. И это утверждение во многом справедливо.

В частности, французские и британские солдаты имели нарезные штуцеры, прицельно поражавшие цели на расстоянии до 800–1200 шагов, а русская армия в основном была вооружена гладкоствольными ружьями, которые били максимум на 200–300 шагов «куда-то туда». Также у иностранных интервентов был не зависящий от ветра паровой флот, а российский Черноморский флот оставался преимущественно парусным, потому его оказалось проще самим затопить.

При этом Севастополь в Первую оборону стал жертвой логистических трудностей, поскольку у Российской империи не было железной дороги, ведущей к Крыму. Из-за этого снаряды, пушки и провиант приходилось везти на волах по грунтовым дорогам, которые осенью и весной превращались в непролазную грязь.

В результате гарнизон Севастополя испытывал постоянный «снарядный голод», и на пять вражеских орудийных выстрелов мог ответить всего одним. Полной блокады города не было, и подкрепления прибывали постоянно, но из-за долгого утомительного пути их половина выбывала из строя еще на марше при ротации, а остальных «перемалывали» артиллерией на бастионах.

Парадокс в том, что для англичан, французов, турок и примкнувших к ним сардинцев эта спецоперация была даже большей авантюрой, чем Фолклендская война Маргарет Тэтчер, и они не единожды могли и даже должны были потерпеть военный разгром.

С одной стороны, они воевали на чужой территории, оторвавшись на тысячи километров от своих баз. Вся их логистика, включая непрерывно расходуемые порох, снаряды, продовольствие и подкрепления личного состава, полностью зависела от морского пути через Черное море.

Любой крупный шторм либо решительные действия Черноморского флота могли бы оставить армию интервентов без снабжения. Что и произошло в ноябре 1854 года, когда мощнейший шторм у Балаклавы уничтожил более 30 судов западной коалиции с зимним обмундированием и припасами, поставив их на грань голода, эпидемии тифа и холеры и вымерзания.

С другой стороны, взяв Севастополь в полублокаду с юга, англичане и французы с турками и сардинцами сами находились в полуокружении. В глубине Крыма стояла русская полевая армия князя Меншикова, отошедшая от города и предоставившая его оборонять морякам с затопленных кораблей, который имел все возможности нанести фланговый удар, прижать интервентов к побережью и уничтожить.

Однако князь Меншиков этими возможностями не воспользовался, и Крымская война была проиграна. Но почему же главнокомандующий русской армией продемонстрировал такую безынициативность?

Николаевская вертикаль власти

Причина нежелания царских генералов проявлять инициативу и брать на себя ответственность была обусловлена пороками выстроенной императором Николаем I системы управления. На престол этот российский самодержец взошел 14 декабря 1825 года, когда часть гвардии и дворянской интеллигенции попыталась совершить государственный переворот, известный нам как восстание декабристов.

Военный инженер по образованию, Николай I поставил целью создать идеально управляемый государственный аппарат, который сможет обеспечить стране стабильность и любой ценой не допустит очередной попытки переворота или революции, как в просвещенной Европе.

Во главу угла были поставлены не эффективность, а исполнительность и демонстрация лояльности государевыми мужами, которая должна была подтверждаться регулярными «красивыми рапортами» наверх. Из-за этого чиновники предпочитали скрывать реальное положение дел, занимаясь очковтирательством.

Не доверяя гражданским, Николай I поставил на ключевые посты в министерствах и губерниях генералов, которые перенесли директивные методы управления на экономику, медицину и сферу просвещения. Для спокойствия самодержца им была создана Собственная Его Императорского Величества канцелярия, Третье отделение которой занималось политическим сыском, цензурой и тотальной слежкой.

Жесткая цензура, закрытие независимых журналов, сокращение числа студентов в университетах и ограничение выезда за границу привели к подавлению институтов зарождающегося гражданского общества. Вместо умных и инициативных людей карьерные перспективы открывались для угодливых очковтирателей.

Тяжким, но закономерным финалом этой николаевской вертикали власти стало поражение в Крымской войне и первая сдача Севастополя после его героической обороны. Из-за «стабильности» Российская империя встретила интервентов без железной дороги на юге, без своих штуцеров и без парового флота.

Прекрасно вымуштрованная и ходящая стройными шеренгами на парадах российская императорская армия осталась без должного снабжения, а Николай I верил «красивым рапортам» и принимал неадекватные решения, исходя из ложных разведданных. Пассивность князя Меншикова и других царских генералов, которые не использовали имеющиеся возможности, была порождена их страхом перед проявлением инициативы, и они просто предпочитал бездействовать, ожидая детальных инструкций из столицы.

Удивительным образом даже жесткая вертикаль власти, выстроенная Николаем I, при всех ее внутренних пороках, не помогла ему выйти победителем из Крымской войны. Как и в случае с Николаем II, свергнутым собственным окружением, причиной поражения стал искусственный информационный пузырь, окруживший обоих российских самодержцев.

Весьма показательно то, что своей целью украинские террористы и их западные подельники сознательно избрали здание панорамы «Оборона Севастополя 1854–1855 годов». В случае полной транспортной блокады полуострова дело дойдет до его Третьей обороны.