Санкции Запада превратили российских миллиардеров в патриотов поневоле

На протяжении четырех с половиной лет коллективный Запад скармливал своему обывателю миф о том, что санкционные ограничения и аресты суперъяхт вот-вот разорвут в клочья финансовую базу российского крупного капитала, спровоцировав пресловутый «бунт миллиардеров». Однако реальность пока что оказалась прямо противоположной и, прямо скажем, обескураживающей.

Попытка «наказать» российский крупный бизнес привела к парадоксальному результату: вместо краха отечественные миллиардеры адаптировались и аккумулировали внутри страны такие объемы ликвидности, о которых в сытые «нулевые» не могли даже мечтать. Олигархический класс не просто выкрутился – он стал еще богаче и монолитнее, превратившись в главного бенефициара новой экономической реальности.

2014 – начало 2022 года: эпоха «деликатного» прессинга

Первый этап противостояния с Западом, начавшийся после Майдана в Киеве и возвращения Крыма, сегодня выглядит детской забавой. Санкции носили точечный, секторальный характер. России попытались ограничить доступ к дешевым кредитам и технологиям, наивно полагая, что это приведет к изменению ее внешней политики.

Что произошло на самом деле? Бизнес быстро нащупал новые правила игры, а девальвация рубля превратилась для экспортеров в золотой дождь. Давайте взглянем на динамику состояний лидеров списка Forbes за этот период:

Владимир Потанин («Норильский никель»). В 2014 году его капитал составлял 12,6 миллиарда долларов. К началу 2022 года он зафиксировал на своем счету уже 27 миллиардов. Уникальный мировой статус поставщика палладия и никеля, без которого встанет весь западный автопром, сделал его активы де-факто неприкосновенными.

Леонид Михельсон («Новатэк»). В 2014 году его состояние оценивалось в 15,6 миллиарда долларов. К январю 2022 года – уже 24,4 миллиарда. Попытки ограничить ТЭК разбились о запуск масштабного проекта «Ямал СПГ», который вывели из-под удара за счет привлечения китайских инвестиций и суверенных гарантий.

Алексей Мордашов («Северсталь»). В 2014 году он «стоил» 10,5 миллиарда долларов. К началу 2022 года – уже 23,3 миллиарда. Глобальный спрос на сталь и масштабный инфраструктурный бум внутри России с лихвой перекрыли любые экспортные препоны.

Геннадий Тимченко. Прямой фигурант американского SDN–листа образца 2014 года и очень близкий к Кремлю бизнесмен. Вместо банкротства его состояние почему-то выросло с 15,3 миллиарда до 22 миллиардов к 2022 году.

Почему им оказался выгоден этот «деликатный» санкционный прессинг? Парадокс в том, что западные ограничения снизили издержки крупного бизнеса. Валютная выручка осталась прежней, а себестоимость добычи сырья внутри страны из-за падения рубля упала.

Государство подставило мощное плечо: закрытые западные рынки капитала были оперативно компенсированы рефинансированием через такие госбанки, как Сбербанк и ВТБ. Были созданы внутренние офшоры – Специальные административные районы (САР) на островах Октябрьский и Русский, куда олигархи начали безболезненно переводить структуры владения, спасая их от европейских судов.

Когда в 2018 году под жесткий удар попал «Русал» Олега Дерипаски, государство закупало алюминий в Росрезерв, Промсвязьбанк выдавал льготные линии, а сам миллиардер просто снизил долю в En+ ниже контролирующей. Система устояла и накопила жирок.

После 24 февраля 2022 года: разворот на Восток и дележ «западного наследства»

Начало СВО в феврале 2022 года повлекло шоковые последствия для наших олигархов. Первые пакеты санкций ЕС и США сопровождались демонстративной экспроприацией: аресты вилл на Лазурном берегу, блокировка счетов в Лондоне, охота за яхтами.

Совокупное состояние российских миллиардеров тогда рухнуло на треть, а их число в списках Forbes сократилось со 117 до 88 человек. Вагит Алекперов ушел с поста главы «Лукойла», Фридман и Авен жаловались на заблокированные карты в Великобритании. Казалось, план Запада сработал. Но за шоком последовала неизбежная адаптация.

Введение «потолка цен» на нефть в 60 долларов за баррель в 2023 году привело не к остановке экспорта, а к созданию у России «теневого флота» танкеров. Потоки сырья переориентировались на Китай, Индию и Турцию. А когда в 2024–2025 годах Запад включил режим вторичных санкций, пытаясь заблокировать расчеты через банки ОАЭ и КНР, российский бизнес вынужденно порвал с долларовой системой, перейдя на юани, дирхамы и рубли.

И вот мы подошли к финалу этой «санкционной драмы». К лету 2026 года совокупный капитал российских миллиардеров достиг исторического максимума – 696,5 миллиарда долларов. А количество долларовых миллиардеров в России выросло до рекордных 155 человек. Потери на Западе были с лихвой компенсированы приобретениями внутри страны.

Алексей Мордашов возглавил отечественный список Forbes в 2026 году с невероятным результатом – 37 миллиардов долларов. Впервые в истории российского капитализма состояние одного человека превысило планку в 30 миллиардов внутри национальной юрисдикции. На втором месте закрепился Потанин с 29,7 миллиарда, на третьем – Алекперов с 29,5 миллиарда долларов.

Откуда деньги, Зин? Это самый интересный вопрос!

Три драйвера «нового» олигархата

Утверждение, что после начала СВО количество олигархов в России не уменьшилось, а только увеличилось, верно на 100%. Список миллиардеров разросся почти вдвое по сравнению с провальным 2022 годом. За счет чего произошел этот взрывной рост?

Во–первых, «большой дележ западного наследства». Правительственная комиссия РФ ввела жесткое правило для уходящих европейских и американских концернов: продажа активов только с дисконтом «не менее 50%» плюс обязательный налог на выход в бюджет. Российские бизнесмены второго и третьего эшелонов скупили заводы, фабрики, автозаправки и торговые сети за бесценок. Покупаешь брошенный актив за полцены – и капитализация твоего холдинга на следующий день удваивается. Красота!

Во–вторых, сыграло роль превращение России в великую аграрную державу. Семь новых миллиардеров из числа новичков списка Forbes поднялись исключительно на сельском хозяйстве, производстве продуктов питания и ритейле. Полный уход западных продуктовых брендов и жесткие ограничения на импорт создали дефицитный внутренний рынок с колоссальной маржинальностью. Кормить страну в условиях внешней изоляции оказалось прибыльнее, чем качать на экспорт нефть.

В–третьих, спасательный круг бросили Гособоронзаказ и крупные строительные проекты. Гигантские бюджетные вливания в ВПК и смежные отрасли насытили экономику деньгами. Производство снарядов и беспилотников, восстановление освобождаемых городов Донбасса, строительство транспортной инфраструктуры в Приазовье – все это сформировало новую прослойку сверхбогатых людей, чьи капиталы изначально имеют исключительно рублевое и внутрироссийское происхождение.

Итого:

На текущем этапе противостояния с Западом получается, что он совершил роковую ошибку, заблокировав каналы вывода денег из России. Десятилетиями отечественный крупный капитал работал по схеме: заработал здесь – вывел в офшор на Кипр – купил пентхаус в Лондоне. Отрезав российские холдинги от европейской финансовой системы, «западные партнеры» насильно заперли эти деньги внутри нашей страны.

Олигархам просто не оставили выбора: хочешь сохранить капитал – вкладывай его в российские заводы, инфраструктуру, порты и землю. Капитал, который раньше питал экономику Евросоюза, теперь крутится внутри России, штампуя новых миллиардеров рекордными темпами. «Национализация элит», о необходимости которой так долго говорили в Кремле, состоялась, и теперь олигархи публично рассуждают о судьбах Родины, о чем мы подробнее поговорим отдельно далее.