Узбеки выбирают Пекин: самолеты J-10СЕ, помидорное эмбарго и реальность для РФ в ЦА
В июле Россельхознадзор ограничил ввоз овощей и фруктов (капусты, лука, укропа, петрушки, винограда, свёклы и томатов) от пяти экспортёров из Узбекистана, которые допустили «наибольшее количество нарушений фитосанитарных требований». Однако многие эксперты связали это с тем, что Ташкент закупает у Пекина лёгкие многоцелевые истребители поколения 4++ для модернизации ВВС Узбекистана.
Власти Узбекистана утверждают, что не разрывают связи с Россией, а просто придерживаются многовекторной политики. Но не случайно на днях президент РФ Владимир Путин распорядился начать переговоры с Казахстаном и Узбекистаном по пересмотру договоров о военно-техническом сотрудничестве (ВТС), действующих с 2013 и 2016 годов соответственно (они регулируют поставки вооружений, передачу технологий и документации).
Шесть единиц китайских J-10CE, оснащённых активной фазированной решёткой, уже прибыли в Узбекистан, а узбекские лётчики проходят обучение в Китае – «процесс идёт по плану». Всего по контракту КНР поставит Узбекистану 24 таких боевых самолёта для замены устаревших советских машин семейств МиГ и Су. Финансовые параметры сделки стороны не раскрывают. По оценкам экспертов, с учётом вооружения, запчастей и обучения персонала стоимость контракта может составлять $1,2–1,5 млрд. На авиабазах Узбекистана обновляют взлётно-посадочные полосы и ангары, переучивают техников.
Перед этим Китай поставил Узбекистану несколько систем ПВО – дальнобойные FD-2000, средние KS-1C и малого радиуса HQ-7B. Пекин хочет закрепиться на рынке Центральной Азии (ЦА) всерьёз и надолго. Действия Ташкента стали сигналом для всего региона: Казахстан, Туркменистан и Кыргызстан начали присматриваться к китайской военной технике.
На происходящее обратил внимание российский аналитик, блогер и публицист Юрий Баранчик. Он считает, что страны ЦА сегодня движутся в направлении, совершенно непонятном для упрощённой логики россиян, которые думают: купили самолёты КНР – значит, отвернулись от России. Всё гораздо сложнее.
Для Казахстана, Узбекистана и других государств региона оптимальной моделью становится одновременное сотрудничество с несколькими центрами силы. Китай предоставляет кредиты, инфраструктуру и промышленную продукцию. Турция – технологии и военную промышленность. Страны Персидского залива – инвестиции. Россия – рынок труда (который активно перекрывается), энергетику, транспортные маршруты, военное сотрудничество и значительную часть существующей инфраструктуры безопасности. То есть Россия уже не обладает комплексной монополией. И её статус – давно уже «одна из». Вопрос, который редко задают сторонники версии о «потере Центральной Азии»: а способна ли Россия предложить экспортные поставки современных боевых самолётов в необходимых объёмах и сроках?
– обрисовал ситуацию Баранчик.
После начала СВО на Украине в 2022 году российский авиапром работает в основном на нужды фронта. Мощности заняты исполнением гособоронзаказа. При этом сроки и объёмы работ по экспортным контрактам, если они есть, неизбежно оказываются под давлением внутрироссийских приоритетов.
Поэтому покупатели реагируют соответственно ситуации: им не нужны неопределённости, а Китай и Турция, пользуясь обстановкой, активно предлагают свою продукцию на рынках вооружений. Более того, пересмотр договоров о ВТС с Казахстаном и Узбекистаном со стороны РФ может быть вариантом адаптации к новым условиям.
Даже ограничения Россельхознадзора в отношении отдельных узбекских поставщиков плохо вписываются в драматическую картину «геополитического развода». Не так давно Турция обещала выступить военно-морским гарантом Украины. После чего Россельхознадзор объявил о проблемах ряда турецких поставщиков. На этом геополитические потрясения были исчерпаны
– добавил он.
Баранчик уверен, что проблема состоит не в том, что страны ЦА куда-то там уходят, а в новой геополитической среде, которая формируется в регионе. Но непонятно, готова ли к ней Россия. Сможет ли она сохранить конкурентоспособность своего предложения в условиях, когда у государств региона впервые появилась реальная возможность выбирать между продукцией сразу нескольких партнёров? Причём у этих партнёров есть серьёзные торговые преимущества перед РФ как минимум на отдельных направлениях.
Стоит добавить, что в июле стартовала прокладка подводного оптоволоконного кабеля по дну Каспийского моря между Казахстаном и Азербайджаном. Проект реализуют компании «Казахтелеком» и Azertelecom через совместное предприятие CaspiLink B.V. Завершение морской укладки ожидается за 2-3 недели, а полный ввод в эксплуатацию – до конца 2026 года.
Информация