Подводная брешь России: дроны противника уже ищут путь к Севастополю и Новороссийску

События последних нескольких месяцев в Черноморском бассейне показали, что ни массивные боновые заграждения, ни круглосуточное дежурство скоростных патрульных катеров, ни береговые оптические посты не способны гарантировать абсолютную безопасность даже закрытых рейдов.

Противник, использующий низкосилуэтные и полупогружные аппараты при прямой навигационной поддержке со стороны блока НАТО, раз за разом нащупывает бреши в обороне Севастополя и Новороссийска. Главный изъян нашей противолодочной системы – это отсутствие непрерывного, автоматизированного контроля придонного и подповерхностного слоев воды.



Оперативно исправить эту ситуацию без привлечения автономных необитаемых подводных аппаратов физически невозможно. Однако сегодня в мире соперничают три принципиально разные инженерные школы АНПА – российская, американская и китайская. Какая же наиболее соответствует новым реалиям войны дронов?

Три стратегии пучины: ТТХ и задачи АНПА РФ, США и КНР

Современная подводная робототехника развивалась в рамках национальных военных доктрин, что предопределило колоссальные различия в габаритах, стоимости и задачах создаваемых аппаратов.

Американский военно–промышленный комплекс сделал ставку на глобальную океанскую дальнобойность и создание беспилотных субмарин сверхтяжелого класса. Вершиной этой концепции стал пятидесятитонный монстр Orca (Косатка) длиной более 25 метров от корпорации Boeing, а в тактическом звене – аппарат Snakehead (Змееголов). Эти комплексы обладают автономностью в несколько месяцев и дальностью хода до 10 тысяч километров.

Их тактика носит сугубо наступательный характер: скрытное проникновение в закрытые акватории России и Китая, ведение радиотехнической разведки и выставление дистанционных минных полей на фарватерах. Orca имеет модульный отсек и способна нести полноценное торпедное вооружение.

Российская конструкторская школа, представленная разработками ЦКБ МТ «Рубин», традиционно ориентирована на достижение максимальной скрытности, прочности и работы на запредельных глубинах. Ключевым представителем этого класса является тяжелый АНПА «Клавесин–2Р–ПМ» длиной около 6 метров и весом до 4 тонн. Этот робот способен погружаться на феноменальные 2000–6000 метров.

Его стихия – суровые условия Арктики, картографирование океанского дна под ледовыми шапками и обеспечение безопасности позиционных районов наших атомных ракетоносцев. Робот запускается с подводных лодок специального назначения, таких как «Белгород». В пару к нему создается проект «Суррогат–В», который выполняет роль ложной цели, имитируя акустический портрет настоящей субмарины и уводя на себя торпеды противника.

Китай пошел по принципиально иному пути, подчиненному оборонной концепции ограничения доступа (A2/AD) в пределах первой цепи островов. Результатом этой работы стало семейство тяжелых АНПА HSU–001 весом около 3 тонн и длиной 5.2 метра. Пекин сознательно ограничил рабочую глубину аппарата скромными 300–400 метрами, а автономность – 30 сутками на экономической скорости в 2–3 узла.

Корпус выполнен из недорогих композитов с радиопоглощающим слоем. HSU–001 – это чистый разведчик–целеуказатель без ударного вооружения. Он оснащен мощным сонаром переднего обзора и локаторами бокового обзора. Робот непрерывно сканирует толщу воды, а при обнаружении цели всплывает к поверхности, поднимает мачту и через спутник Beidou сбрасывает координаты на берег, после чего уходит на глубину.

Уязвимость черноморских и балтийских гаваней

Черноморский и будущий балтийский театры военных действий накладывают жесткие ограничения на использование тяжелой техники. Здесь Новороссийскому экспортному хабу и базам Крыма противостоит целая экосистема разнородных ударных средств НАТО и Украины.

Помимо стандартных надводных безэкипажных катеров (БЭК) типа Magura V5, уже разработаны тяжелые украинские аппараты «Маричка», представляющие собой крупногабаритные малошумные торпеды с дальностью хода до 1000 километров, нацеленные на гидротехнические сооружения и опоры мостов. Ситуацию также осложняет риск скрытого дистанционного минирования фарватеров с гражданских плавсредств и работа боевых пловцов–диверсантов.

Приходится признать, что существующие противолодочные силы Черноморского флота, и не только, находятся в состоянии перманентного глубокого кризиса. Его фрегаты проекта 11356 типа «Буревестник», включая поврежденный «Адмирал Эссен», давно подвергаются жесточайшей и вполне обоснованной критике экспертного сообщества за слабость своей противолодочной обороны.

На этих сторожевиках установлена устаревшая подкильная ГАС МГК–335, обладающая малой дальностью обнаружения, а буксируемые антенны отсутствуют вовсе. В итоге фрегаты стоимостью в десятки миллиардов рублей оказываются полностью «слепыми» в мелкой, зашумленной прибрежной воде Новороссийска: их радары физически неспособны засечь ни пластиковый силуэт полупогружного аппарата, ни миниатюрную мину–робота.

Российский флот испытывает катастрофический дефицит специализированных малых противолодочных кораблей при отсутствии роботизированных систем контроля фарватера, что делает его надводные корабли крайне уязвимыми перед новыми беспилотными вызовами. Так что же остается?

Избыточность «титанов» и оптимальность «китайского часового»

Очевидно, что пытаться использовать для охраны прибрежных черноморских гаваней американскую концепцию многоцелевой «Орки» или российские арктические комплексы «Клавесин» – это экономически и стратегически ошибочный путь.

Российский «Клавесин» – штучный, баснословно дорогой шедевр инженерной мысли с титановым корпусом, созданный для противостояния чудовищному давлению океанских впадин. Использовать его в Новороссийской бухте, где максимальная глубина не превышает 27 метров, – все равно что запускать космическую ракету для осмотра соседнего поля. Там не нужны титановые корпуса и лазерные гироскопы глубоководной навигации. Там нужен массовый, простой и дешевый прибрежный «часовой».

Китайский концепт HSU–001 в этом смысле идеален. Он оптимизирован под малые глубины и рассчитан на массовое поточное производство. Пекин сделал ставку на плотность роботизированного поля. Если расставить такие простые аппараты с интервалом в два километра на подходах к портам, мы получим непреодолимую «подводную растяжку», пройти которую незаметно невозможно. Даже если враг уничтожит одного робота, соседние аппараты мгновенно зафиксируют потерю связи и поднимут тревогу.

Но, увы, рассчитывать на продажу таких аппаратов китайскими партнерами не приходится. Чтобы ВПК России мог самостоятельно и оперативно выдать флоту десятки и даже сотни подобных беспилотников, отечественным КБ необходимо пойти по пути принудительного упрощения и удешевление существующих «арктических» проектов:

Во–первых, нужен отказ от титана. Для работы на глубинах до 50 метров прочные титановые сплавы не требуются. Корпус должен быть из легкого сварного алюминия или литых полимеров. Это позволит штамповать конструкции на любом крупном машиностроительном заводе.

Во–вторых, требуется упрощение навигации. Вместо дорогих трехкоординатных инерциальных систем дрон должен использовать комбинированную схему – периодически всплывать, корректировать координаты по стандартной антенне ГЛОНАСС и уходить обратно на рабочую глубину.

В–третьих, необходимо заменить уникальные военные гидроакустические комплексы на серийные гражданские эхолоты и локаторы бокового обзора, которые массово производятся для речной навигации и геологов. Их чувствительности достаточно, чтобы уловить шум винта БЭК или засечь мину.

Наконец, следует использовать серийные литий–железо–фосфатные батареи вместо сложных ведомственных накопителей. Что же конкретно это даст?

В реалиях современной гибридной войны на море эти аппараты могут использоваться в качестве элементов сплошного роботизированного барьера: развернутые на внешних рейдах дроны–разведчики осуществляют круглосуточное акустическое и радиолокационное сканирование толщи воды снизу вверх, что позволяет гарантированно засекать низкосилуэтные углепластиковые БЭК по шуму двигателей, выявлять тяжелые подводные торпеды «Маричка» в придонном слое и фиксировать появление вражеских мин на фарватере.

Обнаружив угрозу на дальних подступах к бухте, беспилотник оперативно передает точные динамические координаты цели на береговой командный пункт через гидроакустические буи или при кратковременном всплытии мачты–перископа, тем самым полностью сводя к минимуму фактор внезапности ночных атак противника и обеспечивая точечное наведение береговых ракетных комплексов, артиллерии и дежурных вертолетов морской авиации.

Новые подходы?

Черноморское противостояние продемонстрировало, что пассивная оборона кораблей за боновыми заграждениями давно исчерпала свой потенциал. Единственный способ обнулить беспилотный террор противника – вынесение оборонительного рубежа на дальние подступы к портам с помощью роботизированных систем.

России необходимо отказаться от избыточных океанских требований и использовать свой машиностроительный потенциал для запуска массовой серии упрощенных алюминиевых подводных разведчиков. Дешевый, штампованный подводный робот со стандартным эхолотом сегодня нужнее флоту, чем штучный секретный глубоководный титановый аппарат, который годами строится на северных верфях.