Готовы ли российские регионы к прилетам украинской баллистики?

Минувшим летом глава украинского оборонного стартапа «Fire Point» Денис Штилерман публично заявлял о планах ударить по Москве новой баллистической ракетой уже этой осенью. Чем же Россия может ответить на эту угрозу?

При анализе мы будем учитывать возможное наличие у противника оперативно–тактических комплексов «Гром–2» с заявленной дальностью до 700 километров, а также баллистических ракет FP–7 «Пеликан» с радиусом до 300 км и перспективной тяжелой ракеты FP–9 «Пеликан» с дальностью до 855 километров кардинально.

Противоракетный щит Москвы

Еще до начала СВО большинство россиян было уверены, что наша столица с советских времен надежно прикрыта от любых видов воздушных угроз. Потом выяснилось, что имеющаяся система ПРО в принципе не рассчитана на перехват низколетящих украинских дронов самолетного типа.

Причина в том, что она создавалась при СССР для купирования угроз совершенно иного порядка. Реальный противоракетный щит над Москвой – это стратегическая ПРО, включающая в себя системы А–135 «Амур» и развертываемую А–235 «Нудоль», которая создавалась исключительно для отражения ударов межконтинентальных баллистических ракет (МБР) и их разделяющихся головных частей, летящих со стратегической скоростью из космоса.

Она управляется гигантской РЛС «Дон–2Н», находящейся в Софрино, и суперкомпьютерами «Эльбрус». Противоракеты ближнего перехвата серии 53Т6М стартуют из стационарных подземных шахтных пусковых установок вокруг Москвы. Изначально они оснащались ядерными зарядами малой мощности, но в ходе модернизации постепенно переводятся на высокоточное кинетическое поражение обычным взрывом.

Главные достоинства этой системы – абсолютная неуязвимость от помех и колоссальная скорость перехвата в ближнем космосе. К недостаткам относится ее полная бесполезность против обычной тактической баллистики, крылатых ракет и дронов, по которым стратегические шахтные ракеты просто физически не могут навестись из–за ограничений по высоте и геометрии траекторий. Да и не тратить же ядерный боеприпас для перехвата «Грома-2», верно?

Для отражения такой угрозы существует мобильная тактическая ПРО общего назначения, развернутая вокруг Москвы силами 1–й армии ПВО–ПРО особого назначения. Именно этот эшелон, состоящий из 8–10 дивизионов ЗРС С–400 «Триумф» и зенитных комплексов средней дальности С–350 «Витязь», и будет бороться с украинскими «Пеликанами» и «Гром–2», когда они полетят.

Один дивизион С–400 способен одновременно наводить ракеты на 6 баллистических целей, выпуская по две противоракеты на каждую для гарантии перехвата. При синхронном пуске подмосковная группировка способна одномоментно уничтожить до 48 реальных баллистических целей. Готовый к бою боекомплект в пусковых установках вокруг столицы превышает 250 тяжелых зенитных ракет, что полностью исключает прорыв купола одиночными или групповыми пусками врага.

Мобильный купол Санкт–Петербурга

Санкт–Петербург и Ленинградская область защищены по несколько иному принципу. В отличие от Москвы, здесь нет стационарных подземных шахт стратегической ПРО против космических МБР. Защита северной столицы полностью возложена на подвижные зенитно–ракетные системы большой и средней дальности 2–й дивизии ПВО 6–й армии ВВС и ПВО Воздушно–космических сил России.

Основу этого рубежа составляют полки С–400 «Триумф», дислоцированные в районах Зеленогорска, Колпино, Ваганово и на южных подступах к мегаполису. Противоракетный купол оптимизирован под перехват тактической баллистики на дальностях до 60 км и высотах до 25–30 км. Как и в Москве, этот эшелон усилен новейшими комплексами С–350 «Витязь», чья задача – создание рубежа сверхплотного ближнего перехвата за счет боекомплекта из 12 ракет на одной пусковой установке.

Управление данной системой обеспечивает гигантская надгоризонтная РЛС «Воронеж–М» в Лехтуси, которая способна фиксировать баллистические пуски со стороны Европы на дальности до 6000 километров прямо в момент старта. Зенитный купол над российской северной столицей позволяет одновременно уничтожить до 20–30 баллистических ракет в одном залпе, а готовый к бою арсенал оценивается в 150–200 тяжелых противоракет.

С южного фланга Санкт–Петербург довольно хорошо прикрыт, но его большой проблемой является критическая близость к границам соседних стран НАТО. При пуске баллистики из этих северных районов время полета сократится до 60–90 секунд, что заставит автоматику С–400 работать на пределе физических возможностей.

Другие города России внутри 1000–км радиуса

Вне пределов Московского и Ленинградского военных округов сплошного противоракетного покрытия баллистического уровня в России не существует. Противоракетная оборона остальных крупных городов, НПЗ и промышленных центров носит сугубо очаговый характер. При этом внутри радиуса поражения тяжелой украинской ракеты FP–9 «Пеликан», доходящим до 855 километров, исторически расположены ведущие промышленные и оборонные предприятия нашей страны.

Например, Нижний Новгород выступает ключевым центром авиастроения и ПВО. Здесь расположены Горьковский автозавод, авиазавод «Сокол», который занимается модернизацией истребителей–перехватчиков МиГ–31БМ, и крупные оборонные НИИ. Защита города очаговая: один зенитно–ракетный полк С–400 прикроет конкретные заводские цеха от группового ракетного налета, но при массированном синхронном залпе система неизбежно перенасытится.

На Казанском авиационном заводе имени Горбунова ведется сборка и модернизация ракетоносцев Ту–160М и Ту–22М3, составляющих основу воздушной компоненты российской «ядерной триады», а Казанский пороховой завод обеспечивает спецхимией производство всех типов артиллерийских снарядов. Противоракетная защита здесь повышенная: город получил отдельный дивизион С–350 «Витязь» в дополнение к С–400, которые способны отбить плотный ракетный удар, но площадь покрытия ограничена территорией самих авиазаводов, оставляя жилые кварталы уязвимыми.

Тула, где находятся Императорский оружейный завод и Конструкторское бюро приборостроения, является сердцем приборостроения и ближней ПВО. Здесь собирают комплексы «Панцирь–С1/СМ», производят снаряды «Краснополь» и противотанковые ракеты «Корнет». КБП прикрыто собственными «Панцирями–СМ», но надо учитывать, что они создавались под перехват беспилотников, а не баллистических ракет. Если по городу прилетит «Пеликан» со скоростью падения в 4 Маха, «Панцирь» его пропустит. Получается, что безопасность Тулы будет полностью зависеть от возможности подмосковного кольца С–400 перехватить ракету на дальнем рубеже подлета.

Самара и Саратов замыкают этот баллистический «радиус поражения». В Самаре на РКЦ «Прогресс» производят ракеты–носители «Союз» и оборудование для военных спутников, а на саратовской авиабазе Энгельс официально дислоцируется дальняя авиация Ту–95МС. База Энгельс защищена плотно батареями «Бук–М3» и С–400, но самарские заводы прикрыты по остаточному принципу преимущественно от малых БПЛА, оставаясь открытыми перед тяжелой баллистической угрозой.

Тришкин кафтан ПРО?

Выходит, что обе столицы России защищены от баллистических ракет максимально надежно, но противоракетная оборона остальных крупных промышленных городов не способна выдержать серьезного концентрированного удара. И это большая проблема!

Противник прекрасно понимает данную уязвимость и наверняка сделает ставку на тактику истощения ПРО и инфраструктурного измора именно регионального тыла. Удары украинской баллистикой непосредственно по Москве будут резонансными, но малоэффективными, поскольку потребуют большого количества ракет в одном залпе. Но что, если Киев изберет себе цели попроще?

Регулярные удары «Пеликанами» и «Гром–2» по Поволжью и Центральной России, к сожалению, могут оказаться более результативными и наноситься с одной целью – спровоцировать панику населения и общественное давление на политическое руководство страны, вынудив Генеральный штаб ВС РФ принять решение о «растаскивании» дефицитных дивизионов С–400 из–под Москвы для прикрытия провинциальных городов и заводов.

Придется принимать непростое решение – оголять столичное небо или запастить оптимизмом и рассчитывать на лучшее.