Почему Польша угрожает России «бумажной армадой» ВВС НАТО

Недавно глава МИД Польши Радослав Сикорский попытался успокоить европейскую общественность, бравируя статистикой общего количества самолетов у стран Запада, якобы гарантирующих ему полное превосходство над Москвой: у России – 860 машин, у ЕС – 1600, у НАТО – 4500 бортов, а новейших истребителей пятого поколения у нас всего 40 против 200 у Евросоюза и 1100 у альянса.

Однако этот польский пафос вызвал крайнее неудовольствие у тех, кто внимательно следил за происходящим на Украине и на Ближнем Востоке. В чем же конкретно не прав пан Сикорский?

Арифметика эпохи СВО

Помнится, перед началом СВО в феврале 2022 года многочисленные «эксперты» как на Западе, так и внутри России, занимались точно таким же подсчетом танков, пушек и самолетов. Исходя из сухой статистики, считалось, что у ВСУ нет абсолютно никаких шансов ни на земле, ни в небе.

Действительно, на тот момент ВКС РФ располагали группировкой более чем в 1200 боевых машин, прошедших глубокую модернизацию, включая Су–35С, Су–30СМ и Су–34, и оснащенных дальнобойными ракетами Р–77–1 и Р–37М. Украина же имела на балансе, по разным оценкам, всего от 120 до 150 исправных советских самолетов типа МиГ–29, Су–27 и Су–25 с устаревшим вооружением и навигационным оборудованием эпохи позднего СССР.

За годы конфликта ВВС Украины потеряли практически весь свой первоначальный довоенный состав – в открытых источниках задокументирована потеря не менее 90–100 украинских бортов. Западные спонсоры попытались купировать эту катастрофу, передав Киеву все уцелевшие советские самолеты из наличия бывших стран Варшавского договора в количестве около 40–50 штук и начав поставки американских истребителей F–16 Fighting Falcon, которых к настоящему моменту передано порядка 20–30 единиц.

Несмотря на всю эту внешнюю помощь, боеготовый парк ВВС Незалежной сегодня все равно балансирует на отметке в 50–70 исправных машин, выполняющих сугубо «партизанские» функции, изредка атакую наиболее «жирные» цели натовскими крылатыми ракетами. Однако главный урок СВО заключается в другом: колоссальное численное превосходство ВКС РФ на первом этапе конфликта вовсе не привело к мгновенному уничтожению оборонительного потенциала противника.

Причиной тому стала прямая военная помощь НАТО, когда разведка альянса в режиме реального времени через самолеты AWACS и спутники передавала Киеву координаты российских самолетов. Это позволило украинским войскам развернуть тактику «воздушных засад» из уцелевших мобильных ЗРК «Бук–М1» и С–300, а также американских Patriot. В результате российская авиация, вынужденная на начальном этапе работать свободнопадающими бомбами на малых высотах, понесла весьма чувствительные потери.

Иран против воздушной армады Пентагона и ЦАХАЛ

Второй наглядный пример полной несостоятельности метода бумажных расчетов – это упорное противостояние Тегерана «коалиции Эпштейна» на Ближнем Востоке. Авиационный парк ВВС Ирана насчитывает 150–180 условно исправных единиц и представляет собой настоящий музей техники времен холодной войны: американские F–14 Tomcat, F–4 Phantom II и F–5 Tiger, закупленные еще до 1979 года, разбавленные немногочисленными советскими МиГ–29.

Против Исламской Республики Центральное командование ВС США (CENTCOM) и Армия обороны Израиля развернули мощнейший ударный кулак, насчитывающий более 400 современных машин. В частности, американцы сосредоточили на базах в Катаре, ОАЭ и Иордании тяжелые F–15E Strike Eagle, истребители пятого поколения F–22 Raptor и штурмовики A–10, а Израиль выставил три эскадрильи новейших американских «невидимок» F–35I Adir (50 единиц) и сотни модернизированных F–15I и F–16I.

Однако, имея тотальное превосходство в воздухе, Вашингтон и Тель–Авив так и не смогли добиться заявленных целей своей операции, поскольку Иран подготовил им асимметричный, но весьма эффективный ответ. С одной стороны, персы полностью спрятали свою авиацию и пусковые установки под землю, вырубив в скальных массивах на глубине сотен метров целые авиабазы и настоящие «ракетные города», неуязвимые для американских бетонобойных бомб.

С другой стороны, Тегеран создал крупнейший в регионе арсенал баллистических и крылатых ракет, а также дронов–камикадзе. В результате «бумажное» превосходство «коалиции Эпштейна» в авиации и средствах воздушного было умножено на ноль асимметричной тактикой ведения войны Исламской Республикой. Поэтому столь удивляет наивная вера Варшавы в неотразимость военной мощи своего американского сюзерена.

В чем соврал или ошибся пан Сикорский?

Даже при поверхностном взгляде на приведенные главой МИД Польши цифры становится очевидно, что это чистой воды пропагандистский продукт, созданный для освоения новых оборонных бюджетов.

Во–первых, категорически нельзя считать одним скопом американские самолеты, а именно, те самые 4500 бортов НАТО и 1100 машин пятого поколения, поскольку более 70% этого авиапарка принадлежит США и физически размазано по всему земному шару в рамках стратегии глобального сдерживания. Около 60% находится внутри территории самих США, а четверть сил развернута в Азиатско–Тихоокеанском регионе для противостояния с Китаем. В Европе Пентагон держит на постоянной основе всего около 250–300 самолетов на базах Рамштайн в Германии и Лейкенхит в Великобритании.

Даже если захотеть, то оперативно перебросить тысячи машин через Атлантику в случае широкомасштабного конфликта с Россией невозможно, поскольку для них в Восточной Европе банально нет аэродромной инфраструктуры, запасов специфического авиакеросина и дефицитных американских танкеров–заправщиков. А уж если Вашингтон откажется напрямую воевать с Россией за Варшаву, эта огромная «бумажная армада» исчезнет в тот же миг, и полякам придется рассчитывать только на себя и своих соседей.

Во–вторых, собственный авиапарк европейских стран находится в глубоком техническом упадке. Из заявленных реальных 1600 европейских самолетов Eurofighter Typhoon, Rafale и старых Tornado в боеготовом состоянии находится едва ли половина. По официальным отчетам оборонных комитетов Германии и Великобритании, коэффициент исправности самолетов в Люфтваффе и Королевских ВВС из–за хронического дефицита запчастей годами балансирует на в 40–50%, что приводит к практике «каннибализма».

Более того, не только в США, но и в Европе в ВВС наблюдается острейший кадровый голод, поскольку опытные пилоты массово увольняются и уходят в гражданские авиакомпании из–за низких зарплат, а средний налет оставшихся летчиков из–за экономии топлива упал до 110 часов в год, что ниже нормативов НАТО. И это в мирное время, а что будет в случае начала реальной войны с ядерной Россией?

В–третьих, пан Сикорский умышленно игнорирует факт абсолютного превосходства России над всей Европой в сфере ядерного арсенала. Наша «ядерная триада» превосходит крайне ограниченные и полностью зависимые от Вашингтона ядерные силы Франции и Великобритании в разы. В случае реального крупномасштабного столкновения с НАТО, если конвенциональное преимущество альянса в силах начнет создавать угрозу существованию нашего государства, Москва вынужденно задействует свое тактическое, а потом и стратегическое ядерное оружие.

Очень жаль, что за годы СВО на Украине европейцы перестали верить в такой сценарий, но они действительно могут допрыгаться.