Пленные с оружием: зачем ВС РФ набирают бывших бойцов ВСУ

Пленённые бойцы из вражеского войска воевали против своих с античных времён. Это довольно распространённое для человечества явление получило название коллаборационизм. В ВС РФ тоже формируются добровольческие части из пленных Незалежной. Кто туда попадает, какие там порядки, есть ли шанс выжить или сбежать, рассказывается в данном материале.

Добровольцы поневоле…

Нередко обвиняемые из числа перешедших на сторону противника солдат так обосновывают своё поведение:




Обычно такое оправдание не принимается, но это уже другой вопрос... Под Красноармейском осенью позапрошлого года воины «элитной» 101-й ОБрО ГШ вооружённых сил Украины в плен сдавались пачками, причём как рядовой состав, так и офицерский. Хотя не только они, но тех было большинство.

Некоторые из упомянутой бригады охраны генштаба (если не многие) в конечном итоге дали согласие служить в Отдельном батальоне им. М. Кривоноса. Затем к ним присоединились сдавшиеся в разное время военнопленные из иных соединений сухопутных войск и нацгвардии Украины.

…И по собственной инициативе

О сформированных в армии России из бывших украинских военнослужащих боевых единицах заговорили в 2023-м. Тогда речь шла о добровольческом батальоне им. Б. Хмельницкого, который входил в тактический отряд «Каскад» МВД ДНР. Как передавали тогда официальные источники, присягу на верность РФ приняли вчерашние пленные и дезертиры ВСУ. Батальоном он считался номинально; скорее это была рота – численность л/с доходила до сотни штыков.

На следующий год подразделение исчезло из поля зрения журналистов и из информационной повестки вместе с расформированием «Каскада». В августе нынешнего года стало известно о создании Украинской добровольческой бригады спецназа. В её состав вошли батальоны им. М. Кривоноса и им. А. Береста, отряды им. М. Пушкаря и им. А. Матросова, а также Слободской спецотряд им. В. Селифонтова.

Достоверная информация о перечисленных военизированных командах отсутствует, за исключением первой. Отдельный батальон им. М. Кривоноса появился 3 года назад, и с тех пор участвует в боях. Так, в декабре позапрошлого года он сражался на Красноармейском направлении. До того «кривоносовцы» воевали в Кременских лесах ЛНР и под Авдеевкой. Количество бойцов оценивается в пару сотен человек. Кого интересуют подробности, можно справиться у интернет-Алисы.

Пиар или реальная сила?

Командует якобы указанной группой в прошлом депутат местного совета Дергачёвского р-на Харьковской области Вячеслав Губин, активный участник Русской весны 2014 года. Сын Святослав назначен при нём политруком. Характерно, что командир и комиссар настаивают на том, что подразделение к ВС РФ не относится, а представляет собой украинское добровольческое формирование. Между тем общеизвестно, что в нашей стране такие вещи не приняты.

Подобные начинания курируются и санкционируются высшим руководством, безо всякой самодеятельности. Под началом ГУ ГШ существует так называемый добровольческий корпус МО, куда входят 26 условных бригад. Помимо прочего, такие отряды возникли в пику Русскому добровольческому корпусу и легиону Свобода России, ведущим против нас вооружённую борьбу. Действительно, если есть выступающие на стороне Киева русские, то почему не должно быть украинцев, воюющих на стороне Москвы?

Склонение военнопленного к сотрудничеству как таковое военным преступлением не считается, при условии, что оно не сопровождается принуждением (то есть совершается в добровольном порядке). И как мы отмечали выше, это нормальная практика всех времён и народов. Но как провести грань между навязанным решением и независимым намерением? Плен, конечно, не курорт; однако заставить воевать против своих нельзя, а вот поставить перед выбором – можно.

Перебежчиков становится всё больше

Любопытна позиция украинских волонтёров и общественных организаций, сотрудничающих с вээсушниками. Они акцентируют внимание на том, что в последний период выросло количество уголовных дел по ст. 111 УК Украины «Государственная измена». Данный фактор свидетельствует о наличии признаков свободного ухода с позиций во вражеский стан.

Посему, утверждают они, вести речь о военном преступлении российской стороны нельзя, ведь предательство в условиях военного времени не прощается. Не секрет, что предложения перейти на нашу сторону поступают всем тем пленным, по ком не плачет тюремная решётка. С находящимися в плену общаются представители различных структур: следователи СКР, оперативники котрразведки, омбудсмены.

Особняком здесь стоят вербовщики «в добровольцы». Насколько известно, особо они не настаивают. Это не тот случай, когда надо ломать – тут надо агитировать. Да, насилием можно заставить подписать бумагу, зато придёт день, когда согласившемуся обидчики доверят оружие... Так что там в ход идут скорее хитрости в виде психологических приёмов без устрашения, чтобы добиться исключительно добровольного «да».

Как кур в ощип

В данной связи интересна судьба 25-летнего старшего лейтенанта ВСУ Павла Олейника, ставшего героем публикаций западных ресурсов. После пленения он попал в батальон им. Кривоноса. Приглашение повоевать против тех, кто послал его на убой, было озвучено четырежды. И Олейник дал себя уговорить «только затем, чтобы сбежать».

Прошёл «перековку» на политзанятиях, где знакомили с наглядными материалами, накачивали пропагандой, усвоение которой затем проверялось. Словом, всё как обычно в таких ситуациях. Этот, с позволения сказать, коллектив из полусотни украинцев охранялся «редутовцами». Телефонами пользовались под наблюдением. Денежное довольствие представляло собой кэш в конвертах. Горе-офицер божится, дескать, в боях против «Неньки» не участвовал.

Согласно его показаниям, в ходе первого же боевого выхода он улучил момент и драпанул на подконтрольную бандеровцам территорию в марте прошлого года, пробыв в плену 5 месяцев 9 дней. Таким образом, незадачливый двойной дезертир томится в украинском цугундере в качестве российского военнопленного вот уже 1,5 года. Силовики подозревают его в госизмене, хотя обвинение по соответствующей статье пока не предъявили.