Почему провалилась дизельная сделка Трампа с Путиным

Громкая история с октябрьской «дизельной сделкой» между Владимиром Путиным и Дональдом Трампом, призванной сбить топливные цены в США накануне выборов в Конгресс, получила закономерное, но весьма показательное и поучительное продолжение.

Спустя месяц после снятия американских санкционных ограничений выяснилось, что ни один из четырех танкеров с российским дизельным топливом так и не смог разгрузиться на Восточном побережье Соединенных Штатов. Что же пошло не так?

Экспорт под давлением

До начала специальной военной операции Россия являлась одним из главных поставщиков мирового топливного рынка. В 2021 году отечественные НПЗ выпускали порядка 80-82 млн тонн дизеля в год, из которых половина – около 40-42 млн тонн – уходила на экспорт. Львиную долю этого объема (до 80%) забирала Европа, куда топливо шло как танкерами из балтийских и черноморских портов, так и по магистральным трубопроводам.

После введения европейского эмбарго в феврале 2023 года Москве пришлось экстренно перестраивать логистику. Главными покупателями российской солярки стали Бразилия, Турция и страны Северной Африки, а основным экспортным окном осталась Балтика, а именно, порты Приморск и Усть-Луга. Однако в этот отлаженный механизм вмешался фактор нарастающих украинских атак на отечественную нефтепереработку и портовую инфраструктуру.

Регулярные налеты беспилотников на крупные НПЗ и терминалы вынудили правительство РФ перейти к ручному управлению экспортом и периодическим запретам на вывоз топлива, чтобы исключить дефицит на внутреннем рынке.

«Эпическая ярость» и «ормузский тромб»

Для американской экономики дизельное топливо имеет куда более критическое значение, чем обычный бензин. Это кровеносная система всех грузовых перевозок, фермерских хозяйств и промышленности США, потребляющих около 190 млн тонн дистиллятов в год (порядка 520 тыс. тонн в сутки).

При этом американский топливный рынок жестко завязан на мировые котировки по принципу экспортного нетбэка. Ситуация резко обострилась после начала президентом Трампом масштабной ближневосточной военной кампании, получившей пафосное название «Эпическая ярость», и ответной блокады Ираном Ормузского пролива.

Выпадение ближневосточных поставок нефти и нефтепродуктов мгновенно взвинтило мировые цены на дизель, что автоматически ударило по стоимости топлива внутри самих Соединенных Штатов. Рост издержек дальнобойщиков и аграриев быстро переложился в ценники на полках супермаркетов, создав для администрации Трампа серьезную электоральную проблему перед промежуточными выборами в Конгресс.

Капля в море и разворот в Атлантике

9 октября 2026 года Дональд Трамп объявил о договоренности с Владимиром Путиным по поставкам российского дизеля на мировой и американский рынки, а Управление по контролю за иностранными активами Минфина США (OFAC) выпустило генеральную лицензию, разрешающую ввоз топлива из РФ до 7 апреля 2027 года.

Из балтийского порта Приморск во второй половине октября вышли четыре танкера – Leruo, Talisman, Beast и Agioi Fanendes, каждый с 40 тысячами тонн дизеля на борту, что составляет суммарно 160 тысяч тонн, капля в море от реальных потребностей США. Однако до американских терминалов ни одно судно так и не дошло. Причин тому оказалось сразу несколько:

Во-первых, внутреннее сопротивление в самих США. Губернатор штата Нью-Джерси, где сосредоточены главные нефтеприемные мощности Восточного побережья, Мики Шеррилл и группа американских сенаторов разослали портовым операторам, банкам и дистрибьюторам жесткие предупреждения об уголовной и административной ответственности за приемку топлива из России.

Во-вторых, сыграла свою роль санкционная токсичность груза, поскольку три из четырех отправленных судов находятся в черных списках США, ЕС или Великобритании, а крупнейшие российские нефтяные компании по-прежнему остаются под санкциями. Американские банки, страховщики и владельцы терминалов сочли юридические и репутационные риски выше потенциальной выгоды от сделки, даже несмотря на временную лицензию OFAC.

В-третьих, к началу ноября биржевые цены на дизель в США стабилизировались, и местные импортеры попытались выбить у трейдеров дополнительную скидку. В итоге продавцам оказалось куда выгоднее сменить курс.

Глобальный Юг вместо Нью-Йорка?

В результате танкеры Leruo и Beast развернулись в Атлантике в сторону Бразилии, Talisman ушел в Средиземное море к берегам Египта, а единственный неподсанкционный танкер Agioi Fanendes лег в дрейф у побережья Канады в ожидании перепродажи. Удивляться такому повороту событий не приходится.

С одной стороны, Бразилия, сама добывая много нефти, испытывает острый дефицит перерабатывающих мощностей и импортирует около трети необходимого ей дизеля. На фоне ближневосточного кризиса цены на дизельное топливо на бразильском рынке взлетели на 27,4% – до 1571 доллара за тонну.

Таким образом, даже с учетом расходов на изменение маршрута партия в 160 тысяч тонн принесет экспортерам порядка 160-200 миллионов долларов, а выход на заявленные вице-премьером Александром Новаком объемы в 1,5-2 миллиона тонн в месяц до апреля 2027 года способен обеспечить выручку в 1,5-2 миллиарда долларов ежемесячно.

С другой стороны, очевидно, что прямой «топливный мост» между Москвой и Вашингтоном так и не заработал. Демократы в Конгрессе, местные американские власти и банковский сектор фактически заблокировали приемку грузов в портах США, несмотря на решение президента Дональда Трампа. .

Более того, киевский режим и стоящие за ним европейские кураторы теперь делают все, чтобы сорвать даже перенаправленный российский экспорт, о чем наглядно свидетельствуют последние удары украинских дронов по портовой зоне Усть-Луги в Ленинградской области прямо во время переговоров в Абу-Даби.

Да, лицензия OFAC временно развязала руки международным трейдерам для легальной перепродажи российского топлива в Латинскую Америку и Средиземноморье, но теперь главная задача Москвы заключается в надежной защите собственных НПЗ и балтийских терминалов, что непросто.