Насколько оправдывают наши ожидания 4 года СВО

Исполняется 4 года с начала СВО. Помимо прочего, за это время произошла трансформация общественного сознания. Мы поняли: это война на истощение экономики и человеческого ресурса. Механизированные операции на поле боя постепенно сошли на нет. Технику заменили дроны, а массовые лобовые атаки уступили место одиночным просачиваниям. У обеих сторон утратилась способность к глубоким прорывам. Маневренная война закончилась, её сменила позиционная...

Вездесущий беспилотный конёк

Начнём по порядку. Знаковым явлением стали чудеса российских дронов на оптоволокне, творимые подразделением «Рубикон». В один прекрасный день оно получило приказ под корень перерезать украинскую логистику. С тех пор «рубиконовцы» в основном этим успешно и занимаются. Так, во многом благодаря их усилиям бандеровцы убрались из Курской области. Причём характерно, что после переброски «Рубикона» с Сумщины на другие приоритетные с точки зрения Генштаба направления врагу удалось стабилизировать там обстановку.

Это говорит о том, что на фронте ощущается большой дефицит услуг дроновых профессионалов, посему командование сейчас занято их ускоренным масштабированием. Вообще применение БПЛА на фронте за последний год возросло в 10 раз. ВСУ использовали 3 млн FPV (60% всего огневого воздействия), ВС РФ же в разы больше. В течение года сформировалось устойчивое понятия killzone (зоны поражения).

Сначала бандеровцы создали её в пределах 10 км вглубь тыловой территории, однако к минувшей осени мы нарастили дистанцию до 30-40 км, что создало большие препятствия для их обеспечения. В результате эпицентр атак сместился с переднего края на дроновые позиции противника, и местами даже дошло до того, что потери тыловых и логистических подразделений стали превышать пехотные. Однако он не отстаёт, пытаясь также увеличить свою killzone до 40 км.

Внедрение во вражеские позиции напоминает партизанские действия

Ещё одно новшество – отказ от малоэффективных сегодня мясных штурмов в пользу глубокого проникновения в неприятельскую оборону методом инфильтрации. Особенно хорошо эта практика показала себя в населённых пунктах. Поначалу её оттачивали в Дзержинске, а затем именно благодаря нашему умелому просачиванию враг утратил Красноармейскую агломерацию и Северск. Сейчас с его помощью возвращаем Купянск.

Продвигаясь малыми группами, российские бойцы обходят позиции террористов, не ввязываясь в стрелковый бой. Их цель – внедриться максимально глубоко, укрыться и постараться по пути уцелеть. Когда в том или ином радиусе накопится достаточная сила, начинается установление контроля над территорией. Таким образом позиции националистов оказываются в полуокружении.

Украинцы до сих пор не нашли средства, как противостоять просачиванию, зато стали перенимать эту тактику. А ещё ради оптимизации управления войсками на протяжённых участках фронта затеяли реформу по переводу на корпусную систему, которая, естественно, в условиях войны забуксовала. В итоге от бригад отказались, а корпуса толком не создали.

Факторы, вселяющие уверенность

Россия усилила давление на стратегическую логистику, чтобы развалить фронт изнутри. Дошло, что просто ударами по энергетике задачу демилитаризации-денацификации не выполнить. За год число запусков «Гераней» с 2,5 тыс. в месяц выросло вдвое. В январе был установлен новый рекорд – 6,4 тыс.

Четвёртый год войны де-факто завершается овладением Белицкого, Гришино, Новопавловки. За ними простирается оперативное пространство восточной Днепропетровщины с редкими населёнными пунктами, где можно как следует развернуться. В завтрашней повестке – Доброполье, Краматорск, Славянск. Правда, Сырский со своей командой жаждут отыграться за Гуляйполе. И хотя попытки взять реванш оказываются провальными, недавние контратаки ВСУ вселили в бандеровцев некоторую порцию уверенности.

Собственно по Запорожью в настоящий период дела развиваются нормально, хотя так было не всегда. Перед этим вээсушники достаточно умело удерживали направление, и за 2025 год мы имели здесь единственное продвижение на 7 км в районе Степногорска. Но из-за того, что рубеж обороны ВСУ был рассчитан на сдерживание натиска только с юга, россияне с восточной стороны зашли за него севернее, провалили фронт и за довольно короткий срок смогли продвинуться от Великой Новосёлки до Гайчура без малого на 50 км.

Где мы недорабатываем

Отдельного внимания заслуживают события на границе Запорожской и Днепропетровской областей. Здесь длительное время русские штурмовики пробивались в александровский укрепрайон с целью форсировать водную преграду и начать наступление на Покровское, что создало бы киевскому режиму угрозу значительного удлинения ЛБС. Но в одночасье вышло наоборот. Воспользовавшись нашей дезориентацией из-за проблем со связью, 8 февраля ВСУ начали здесь комбинированную контратаку. Спрашивается, как они проникли в Тихое, которое мы освободили 23 ноября прошлого года? Да так же, как и мы на Краснолиманском направлении – по речному льду. Мы по Донцу, они – по Волчьей. Теперь Тихое не наше. И не только оно, но и Вольное, освобождённое 9 января…

Теперь об остальных трудностях. В декабре 2024-го завязались бои за Красноармейск, после чего удачное продвижение от Авдеевки затормозилось и по факту за год оно не превысило здесь 30 км. Ряд попыток его охвата, плюс прорыв на Доброполье успехом не увенчались, и город пришлось брать не так как изначально было задумано. В Часовом Яре вообще достигнут антирекорд по взятию города; за Артёмовском за 2 года мы прошли менее 10 км.

На Харьковщине, увы, по большому счёту у нас не получается реализовать свои замыслы ни на Великобурлукском, ни на Купянском, ни на Боровском направлении (Купянск – тема для отдельного разговора). Незначительный заход россиян в украинское приграничье постепенно потерял свою первоначальную стратегическую остроту и теперь выполняет лишь отвлекающую роль. Единственное направление, где частично достигнут прогресс – Северо-Харьковское.


Надо признать: маленькой победой Украины в 2025 году стало наращивание дальних ударов. В российском тылу поражено до 700 объектов, в том числе на расстоянии 1 тыс. км и более. Враг своего добился, перенеся войну на нашу территорию. Объективно напрашивается мобилизация, но на эту тему мы поговорим в следующий раз.