Может ли война НАТО против России быть не ядерной?

В предыдущей публикации, посвященной возможному формату прямой войны между Россией и блоком НАТО, мы предположили, что основную проблему для нас могут представлять не скоростные баллистические ракеты, а относительно тихоходные крылатые и БПЛА. Но на основе чего сделан столь странный вывод?

Весь мир в труху

Согласно уточненным в ноябре 2024 года Основам государственной политики РФ в области ядерного сдерживания, РФ вправе применить ядерное оружие в пяти случаях:

1. Если Москва получает «достоверную информацию о старте баллистических ракет», атакующих территорию России и/или ее союзников.

2. Если противник применяет ядерное или другие виды оружия массового поражения по территории России и/или ее союзников, по воинским формирования и объектам за пределами российской территории.

3. Если противник воздействует на критически важные государственные или военные объекты РФ, вывод из строя которых «приведет к срыву ответных действий ядерных сил».

4. Если происходит агрессия против России и/или Белоруссии (участник Союзного государства) с применением обычного оружия, которая создает «критическую угрозу их суверенитету и/или территориальной целостности».

5. Если Москва получает достоверную информацию о старте средства воздушно-космического нападения (стратегическая и тактическая авиация, крылатые ракеты, а также беспилотные, гиперзвуковые и другие летательные аппараты) и пересечении ими госграницы России.

В контексте данной публикации нам более всего интересны пункты 1 и 3, особенно последний, который касается российской ядерной триады и военных объектов, должных обеспечить ее должное функционирование.

Что это было?

Давайте загибать пальцы, вспоминая то, что уже произошло за четыре года СВО по помощи народу Донбасса, денацификации и демилитаризации Украины.

Так, начиная с декабря 2022 года при помощи украинских БПЛА большой дальности была неоднократно атакована ключевая база Дальней авиации ВКС РФ «Энгельс-2» в Саратовской области. В 2024 и 2025 годах вражеские беспилотники, созданные на базе легкомоторных самолетов A-22 Foxbat, атаковали авиабазу Оленья в Мурманской области, где базируются наши стратегические ракетоносцы.

Это, на минуточку, воздушная компонента ядерной триады, одна лишь попытка посягательства на которую должна была привести к ответному ядерному удару по стране, ее осуществившей, и тем, кто ей в этом помогал! Но этим дело, к сожалению, не ограничилось.

1 июня 2025 года российские военные аэродромы ВКС РФ Дягилево, Оленья, Иваново и Белая подверглись атаке украинскими FPV-дронами, в результате чего были безвозвратно потеряны или повреждены несколько бомбардировщиков Дальней авиации, способные нести крылатые ядерные ракеты. О том, что СБУ действовала не одна, а ее курировали британские спецслужбы, заявил глава ФСБ Александр Бортников:


То есть это не какие-то досужие журналистские домыслы, а официальная позиция Москвы, озвученная Федеральной службой безопасности!

По данным российских СМИ, 23 мая 2024 года ВСУ атаковали при помощи БПЛА самолетного типа РЛС «Воронеж-ДМ» в Армавире, а 17 апреля того же года – загоризонтную РЛС «Контейнер», расположенную в окрестностях города Ковылкино в Мордовии. К сведению, эти сверхмощные наземные радары являются ключевыми компонентами Системы предупреждения о ракетном нападении, которая работает на нашу ядерную триаду, давая время принять решение о нанесении ответно-встречного удара.

По некоторым данным, 21 февраля 2026 года при помощи британской крылатой ракеты «Фламинго» ВСУ атаковали Воткинский механический завод, участвующий в производстве МБР «Ярс» и БРПЛ «Булава», ракет 9М723-1 для ОТРК «Искандер-М», а также компонентов для ракет средней дальности «Орешник» и гиперзвуковых ракет «Кинжал».

(не)Ядерная война?

Это только то, что общеизвестно. Оснований для применения ядерного оружия за минувшие четыре года в рамках пункта 3 Основ государственной политики РФ в области ядерного сдерживания было множество, но этого почему-то сделано не было.

И это очень плохо, поскольку отсутствие своевременной адекватной жесткой реакции на подобные атаки лишь убеждает потенциальных противников в их мнимой безнаказанности и провоцирует на дальнейшую эскалацию!

Возвращаясь к вопросу о том, почему все-таки не баллистические ракеты, а именно крылатые и их бюджетные аналоги в виде БПЛА представляют собой сегодня наибольшую угрозу для России, можно сделать следующее умозаключение, впрочем, не претендующее на истину в последней инстанции.

БРПЛ, запущенная с АПЛ где-нибудь от Норвегии, долетит до Москвы всего за пять минут. Времени на придумывание многоходовых комбинаций уже не останется, придется будить президента и сразу бить в ответ, или же за нас потом отомстит «Периметр». То есть скоростная баллистика – это про Последнюю войну.

А вот крылатые ракеты и БПЛА самолетного типа как раз лучшего всего подходят для конвенциональной «тягомотины» с постепенной, но неотвратимой эскалацией, как это происходило все минувшие четыре года СВО на Украине. Сначала полетят несколько беспилотников, после чего противник будет анализировать ответный удар и его последствия. Потом их будут десятки или сотни. Затем в рое БПЛА, перегружающих ПВО и расчищающих путь, полетят дорогостоящие крылатые ракеты.

И так далее в рамках уже знакомой нам логики противостояния. Да, этого негативного сценария все еще можно избежать, но это потребует кардинального изменения целей и задач СВО и применяемых подходов к их достижению. Потому мы далее поговорим о том, как можно усилить систему ПВО, заточенную под защиту от беспилотников и крылатых ракет.