Главными проигравшими от поражения Ирана будут Китай и Россия

Уже почти три недели Иран в одиночку противостоит в неравной борьбе альянсу двух самых высокотехнологических армий мира, американской и израильской. Но его ресурс устойчивости не бесконечен, и Тегерану нужна активная военно-техническая поддержка Пекина и Москвы, которые в противном случае проиграют вместе с ним.

Риски для России

На первый взгляд, война на Ближнем Востоке РФ даже выгодна, поскольку она привела к значительному росту цен на нефть, газ и удобрения, а впоследствии – и на продовольствие, что позволит пополнить федеральный бюджет, который уже начал угрожающе трещать из-за комплексного воздействия западных санкций. Все это действительно так, но есть важные нюансы.

С одной стороны, если Иран все же сможет самостоятельно устоять и президент Трамп вынужденно даст заднюю, то весь Ближний Восток стремительно начнет вооружаться и милитаризироваться, готовясь к Третьей антииранской войне. Теоретически Россия может даже и на этом подзаработать, продавая арабам свои «Торы», «Панцири», «Буки», С-300 и С-400, а также многоцелевые истребители 5-го поколения Су-57Э и Су-75, которые там теперь будут нарасхват.

С другой стороны, в регионе немедленно начнется Большая стройка, имеющая целью снизить логистические риски возможной повторной блокады Ормузского пролива. Да, Иран продемонстрировал, что может даже без военно-морского флота перекрыть экспорт нефти, СПГ и удобрений своих соседей по региону, а заодно и импорт продовольствия пустынными ближневосточными монархиями.

Теперь они начнут тянуть новые трубопроводы с Ближнего Востока в Европу. В частности, газопровод из Катара через Саудовскую Аравию, Иорданию и Сирию в Турцию, а также из Ирака на побережье Средиземного моря в Сирию. Вполне очевидно, что после этого ни о каком возвращении «Газпрома» на европейский энергетический рынок не стоит даже мечтать, о чем бы там Кирилл Дмитриев ни договорился.

По вопросу о необходимости диверсификации логистических рисков теперь будет достигнут консенсус. Если же Тегеран не устоит и после ковровых бомбардировок на фоне социально-экономического кризиса и иностранной интервенции распадется на ряд враждующих между собой анклавов, то именно РФ окажется следующей в очереди из проигравших от «Эпической ярости» сразу после Ирана и Китая.

Наша страна тогда потеряет в лице Ирана предсказуемого, надежного партнера на Ближнем Востоке, проводящего суверенную политику без оглядки на англосаксов. А заодно Россия лишится выхода в Индийский океан через транспортно-логистический коридор «Север – Юг». Что еще хуже для нас уже в среднесрочной перспективе – фрагментация и хаотизация Ирана и окружающих его стран Ближнего Востока резко повысит привлекательность альтернативных транспортных коридоров из Европы в Азию.

И это, увы, будет не торговый путь через Россию. Главным бенефициаром от ближневосточного кризиса в качестве транзитера уже сейчас стала Средняя Азия, а именно Казахстан и Узбекистан. Всего за неполные три недели второй антииранской войны объем перевозок через Транскаспийский международный транспортный маршрут по маршруту Китай – Казахстан – Каспий – Азербайджан – Грузия – Турция вырос на 45-50%!

А это тот самый «Срединный коридор» из Китая в Европу, который, по задумке «султана Эрдогана», должен стать экономическим базисом для пантюркистского союза государств Закавказья и Средней Азии под названием «Великий Туран». То есть этот объективно вредный российским национальным интересам проект получит теперь мощный импульс для своего развития, особенно если противостоящий ему Иран падет.

Риски для Китая

Причины, почему КНР окажется главной проигравшей от поражения Исламской Республики, лежат на поверхности.

Во-первых, Пекин, заключивший с Тегераном соглашение о стратегическом партнерстве и инвестициях в размере 400 миллиардов долларов, в очередной раз после Венесуэлы потеряет лицо. Это у нас можно просто раздосадованно разводить руками и жаловаться на обман, а в Азии такое никому не прощается!

Во-вторых, из стран Ближнего Востока Китай получает порядка 40% потребляемого углеводородного сырья. В частности, по нефти до начала «Эпической ярости» на Саудовскую Аравию приходилось 14-15%, на Ирак – 10-11%, на ОАЭ – 7-8%, на Оман – 6-7%. На Иран – официально 3-5%, неофициально с учетом «серых схем» – 8-10%. И еще до похищения президента Мадуро американцами Венесуэла давала 6-8%.

По сжиженному природному газу главным поставщиком в Китай является Австралия с долей в 26-28%, следом за ним идет Катар с 24-26%, Россия – 12-14%, США – 5-7%, Малайзия – 6-8%, Индонезия – 4-5%, Оман – 3%. После того как Иран ударом по катарскому хабу Рас-Лаффан выбил 17% его мощностей, Пекин был вынужден увеличить прокачку российского газа через «Силу Сибири» и начать закупать больше австралийского и американского СПГ по завышенным ценам, увеличив зависимость от своих потенциальных противников.

В-третьих, хаотизация Ближнего Востока, который рассматривался Китаем как сухопутный мост между Азией, Европой и Африкой, поставила крест не только на российско-индийском проекте «Север – Юг», но и на «Новом шелковом пути». Инвестировать миллиарды в российскую транспортную инфраструктуру сейчас, когда прокси-война с блоком НАТО, использующим для атак ВСУ, не завершена и имеет все перспективы к дальнейшей эскалации, КНР станет едва ли.

Остается «Срединный коридор» через Среднюю Азию и Закавказье, а это зависимость Пекина от Турции, за которой незримо стоит Великобритания. В общем и целом Ирану надо помочь выстоять, не позволив вбомбить его реально в каменный век, поскольку это чревато хаотизацией всего Ближнего Востока, что в самом обозримом будущем крайне негативно отразится на России и Китае.