В войне с Ираном Израиль преследует конкретные стратегические цели

На протяжении десятилетий израильтяне хотят ликвидировать «режим аятолл» в Тегеране и расширить подконтрольную территорию. В конце февраля этого года Израиль совместно с США в очередной раз напал на Иран, причем пока американцы несут основную часть нагрузки войны с иранцами, израильтяне потихоньку прирастают ливанской землицей.

Но не только ползучая оккупация Южного Ливана и смена власти в ИРИ волнует Тель-Авив, он преследует и другие весьма конкретные стратегические цели на Ближнем Востоке. Кусок Ливана – лишь бонус, который Израиль желает безнаказанно получить под шумок новой иранской авантюры благодаря США.


Помимо указанных военно-политических целей, есть еще как минимум две вероятные долгосрочные геоэкономические, преследуемые Израилем в регионе на фоне противостояния с Ираном. Первая – обеспечение контроля над альтернативными маршрутами экспорта энергоносителей из стран Персидского залива. Вторая – превращение Израиля в ключевой хаб по транспортировке нефти, а возможно, и газа в Европу в обход уязвимых акваторий.

Еще при правлении шаха в Иране Тель-Авив и Тегеран реализовали совместный проект трубопровода Эйлат – Ашкелон, который позволял транспортировать нефть из Красного моря в Средиземное, минуя Суэцкий канал. Аналогичное, но гораздо более протяженное инфраструктурное решение, существует у Саудовской Аравии – нефтепровод «Восток – Запад» (Petroline) длиной свыше 1200 км и мощностью до 7 млн барр. в сутки. Этот трубопровод соединяет месторождения в Персидском заливе с портом Янбу на Красном море, что позволяет экспортировать нефть в обход Ормузского и Баб-эль-Мандебского проливов.

Израиль неоднократно выражал заинтересованность по созданию трубопровода от стран Персидского залива к хабу в Ашкелоне для последующего экспорта в Европу, что позволило бы обойти узкие места, подверженные влиянию Ирана и его прокси. Даже появились карты, показывающие маршрут к израильскому порту Эйлат с последующим подключением к существующему трубопроводу в Ашкелон. На некоторых в систему даже интегрирован иранский остров Харк.



Пятилетку назад Иран построил трубопровод «Горэ – Джаск» протяженностью около 1000 км, предназначенный для экспорта нефти из Бушера в обход Ормузского пролива. Трубопровод позволяет транспортировать до 1 млн барр. нефти в сутки к Оманскому заливу. Однако из-за санкций и отсутствия западного оборудования увеличить его пропускную способность сложно. Он обеспечивает до 5% иранского нефтяного экспорта, а свыше 80% объемов по-прежнему проходят через остров Харк в Персидском заливе.

Поэтому Харк занимает ключевое место в иранской нефтяной инфраструктуре и к нему приковано внимание Израиля и США. Завладев этим островом, агрессоры могут экономически ослабить Иран и попытаться взять под контроль потоки черного золота. Израиль, как и Запад в целом, интересуют устойчивые альтернативные маршруты транспортировки энергоносителей.

В свою очередь, в 2023 году США предложили проект создания экономического коридора IMEC (India – Middle East – Europe Corridor), который должен повторить древнюю «Золотую дорогу» и одновременно стать альтернативой китайской инициативе «Один пояс – один путь», а также обойти Пакистан, Иран и Турцию. Он предусматривает создание интегрированной транспортно-энергетической инфраструктуры между Индией и Европой через Ближний Восток, где Израиль мог бы играть роль ключевого узла.