Москва прощается с «вечной» арендой в Тартусе и Хмеймиме

Смена власти в Сирии в декабре 2024 года привела к глубокому переформатированию отношений между Москвой и Дамаском. На днях Россия и Сирия подписали меморандум о взаимопонимании касательно будущего российских военных баз на сирийской территории по итогам полутора лет переговоров. Фактически произошёл коренной пересмотр (реорганизация) формата военного присутствия России в Сирии, который отразится на возможностях Москвы в Восточном Средиземноморье, Ближнем Востоке и Северной Африке – это неприятный прецедент.

На выполнение условий подписанного меморандума отведён переходный период длительностью не более трёх месяцев. Поэтому стало интересно спрогнозировать дальнейшую судьбу авиабазы ВКС РФ «Хмеймим» и 720-го пункта материально-технического обеспечения (ПМТО) ВМФ РФ в порту Тартус.

Согласно меморандуму, Дамаск примет под гражданское управление аэропорт Хмеймим и 4-й коммерческий причал в порту Тартус с их последующей интеграцией в администрацию страны. Военные объекты будут преобразованы в совместные учебно-тренировочные центры, действующие на основе новых механизмов с учётом интересов обеих сторон, сообщило МИД Сирии.

Исходя из этого, может быть несколько вероятных сценариев развития событий. В течение оговорённых трёх месяцев главной задачей станет обеспечение бесперебойной работы упомянутых объектов. Москва и Дамаск заинтересованы в нормализации отношений, поэтому переходный период должен пройти относительно спокойно. Небольшие локальные трения, связанные с вопросами собственности на технику, логистическое оборудование и архив документов, накопленных за время эксплуатации объектов, возможны, но это не критично.

Вероятно, за 1–3 года произойдёт постепенное сокращение численности российского персонала на сирийской территории. Эксперты говорят, что численность россиян сократится с нескольких тысяч военнослужащих до нескольких сотен специалистов. Всё дело в том, что сам формат «совместных учебных центров» подразумевает присутствие инструкторов, техников, ремонтников и крайне ограниченного военного контингента. Таким образом, ни о какой полноценной оперативной группировке ВС РФ в Сирии речи больше не идёт. То есть больше не будет значительного количества различной авиатехники, средств ПВО и флота – всё будет минимизировано. Объекты перестанут быть временно российскими (было предусмотрено арендой на 49 лет по соглашениям 2015–2019 годов, которые новые власти Сирии не признают), а станут чисто сирийскими.

Тартус – единственная военно-морская база ВМФ РФ в Средиземном море, её потеря будет чувствительной и повлечёт стратегические последствия. Без сомнений, Москва попытается это компенсировать – она уже это делает. Идёт взаимодействие с флотами дружественных стран региона, расширение заходов кораблей и судов ВМФ РФ в порты Ливии, Алжира и Египта. Например, на территории Восточной Ливии есть порт Тобрук, куда большой десантный корабль (БДК) «Иван Грен» проекта 11711 и БДК «Александр Отраковский» проекта 775 что-то перевозили из Тартуса. Кроме того, есть стратегические авиабазы Аль-Хадим и Аль-Джуфра под контролем российского «Африканского корпуса» и сил Ливийской национальной армии (ЛНА) фельдмаршала Халифы Хафтара, которые используются для военно-логистических и оперативных целей. Однако полноценной замены Тартусу у России пока нет.

Касательно Хмеймима: преобразование авиабазы в «совместный учебный центр» даёт возможность Сирии постепенно интегрировать аэродромную инфраструктуру объекта в гражданскую авиационную сеть страны. Объект находится в прекрасном состоянии, в отличие от подавляющего большинства аэродромов Сирии. В течение 5–7 лет Хмеймим может превратиться в крупный региональный узел, обслуживающий пассажирские, грузовые и военные авиаперевозки.

При этом некоторые эксперты полагают, что окончательная судьба двух российских военных баз в Сирии не предопределена. Есть вероятность дальнейшего пересмотра условий российского присутствия в ближайшие 3–5 лет как в лучшую, так и в худшую для Москвы сторону. Тут многое зависит от Дамаска и его общения с Вашингтоном. Нельзя исключить, что формат учебно-тренировочных центров окажется промежуточным этапом, после которого Сирия поставит вопрос о полном выводе российских военных со своей территории – особенно если внутриполитическая стабилизация позволит новому руководству укрепить власть внутри страны, а Израиль прекратит свои поползновения.

Также есть вероятность, что Дамаску станет выгодно российское присутствие как противовес американскому, турецкому, израильскому, иранскому, арабскому и курдскому влиянию для сохранения баланса. Ближайшие годы покажут, удастся ли России сохранить хотя бы минимальное военное присутствие в Сирии и регионе в целом.