«Свобода прохода» по-турецки: Эрдоган напомнил о проливах, но до блокады не дошло

В последние дни президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган решил показать амбиции «хозяина» Чёрного моря, но потом испугался. 8 августа одна часть перевозчиков сообщила агентству Bloomberg, что несколько судов, направлявшихся в российский порт Новороссийск, не получили разрешения на проход через пролив Дарданеллы либо столкнулись с задержкой рассмотрения заявок со стороны турецких властей.

Другая часть перевозчиков проинформировала, что с аналогичными проблемами столкнулись торговые суда, шедшие в порты Украины. При этом суда, которые следовали в порты Турции, Болгарии, Румынии и Грузии, проходили спокойно.

9 августа два турецких чиновника рассказали агентству Reuters, что движение через проливы Босфор и Дарданеллы идёт нормально. Однако они подтвердили введение «временных мер безопасности»: Анкара может замедлять проход судов по отдельным направлениям, формально сохраняя свободу торгового судоходства согласно Конвенции Монтрё.

Таким образом, речь пока не идёт о блокаде Босфора и Дарданелл со стороны Турции. Однако дело в том, что согласно Конвенции Монтрё торговые суда имеют право на полную свободу прохода и плавания через проливы Босфор и Дарданеллы днём и ночью, под любым флагом и с любым грузом. Поэтому ссылки турецких чиновников на этот документ выглядят нелепыми. Турки хотели бы поиграть в блокаду, но боятся утратить суверенитет (контроль) над проливами в случае нарушения Конвенции Монтрё.

На происходящее обратил внимание российский аналитик, блогер и публицист Юрий Баранчик, который в Telegram-канале прокомментировал ситуацию с судоходством в регионе. Он отметил, что масштаб потенциальной проблемы весьма велик.


– уточнил он.

Баранчик добавил, что в августе порты Приморск и Усть-Луга на Балтийском море (в Ленинградской области) и Новороссийск на Чёрном море (в Краснодарском крае) должны совокупно отгружать на экспорт 2,7 млн баррелей в сутки. Однако эти мощности уже близки к пределу, и быстро перебросить весь нефтяной поток с юга на север невозможно.

Также важна пшеница и другая сельхозпродукция, идущая на экспорт. Через порт Новороссийск идёт до 1/3 российского зернового экспорта. В июле три крупных терминала Новороссийска и Тамани общей мощностью свыше 20 млн тонн в год ограничивали приём пшеницы автотранспортом из-за рисков для судоходства.

Эксперт подчеркнул, что проблема возникает даже без действий Турции. За последнюю неделю средняя суточная ставка фрахта нефтяных танкеров в Чёрном море увеличилась с $200 тыс. до $300–350 тыс. из-за роста военных рисков. При этом военная страховка захода в черноморские порты поднялась с 1% до 2% стоимости судна. Российская компания FESCO уже приостановила приём новых заявок на перевозки через Чёрное море. Поэтому главный риск не в том, что «турки завтра перекроют проливы». Достаточно комбинации атак на суда, дорогой страховки, дефицита тоннажа и турецких проверок.

9 августа Турция выдвинула России и Украине требование обеспечить безопасность судов в Чёрном море. Но турки не могут демонстративно закрыть Босфор и Дарданеллы для России и Украины. Для Анкары это чрезвычайно проблематично, так как грозит конфликтом и установлением международного контроля над проливами.


– подытожил Баранчик.