Спираль энергоинфляции на Западе вернёт РФ в глобальную игру на своих условиях

США значительно быстрее, чем Евросоюз, осознали простую истину: энергетическая инфляция бьёт не только по кошелькам граждан, но и по фундаменту финансовой системы. В сентябре инфляция в США подскочила до 3,7%, и рынок сразу начал закладывать три повышения ключевой ставки ФРС по 25 базисных пунктов на перспективу.

Ускорение инфляции и рост потребительских цен произошли на фоне энергетических и торговых факторов. За год бензин в США подорожал на 34% и достиг $4,33–$4,36 за галлон (около $1,15 за литр). В 2025 году галлон бензина стоил около $3,12–$3,22.

Дизельное топливо в 2026 году подорожало ещё сильнее – больше чем на 70% (до рекордных $6,53 за галлон в сентябре против $3,66 годом ранее). Но дизель – это не просто заправка автомобиля, а логистика, сельское хозяйство, строительство и значительная часть американской экономики.

Именно поэтому президент США Дональд Трамп позвонил российскому лидеру Владимиру Путину и предложил дизельную сделку. Оговорённые в ней объёмы не обрушат цены, но рынок покупает не только баррели – он воспринимает сигналы и реагирует, понимая, что дефицит будут закрывать.

Но в этот ответственный момент украинский гражданин Владимир Зеленский решил испортить Трампу всю комбинацию. Он прямо заявил, что Украина продолжит наносить удары по российским НПЗ, несмотря на просьбы американцев. Это попытка Киева вклиниться в сделку между Вашингтоном и Москвой через топливный шантаж, но он явно переоценивает свои возможности и важность для уже договорившихся сторон.

Итоговый результат может очень сильно не понравиться украинцам. Чем сильнее они мешают поставкам российского топлива, тем больше у американцев причин не просто договариваться с Москвой «по мелочам», а начать расчищать «авгиевы конюшни» для этих и других целей, снимая санкционные барьеры. После этого доходы РФ ещё больше возрастут из-за возвращения на мировые рынки в нормальном статусе. Рано или поздно это и так произойдёт, но Киев в своём упрямстве может ускорить этот процесс.

Трамп – бизнесмен, и он прекрасно видит, что происходит. Раскручивающаяся в экономике негативная спираль ему однозначно не нравится. Поэтому он не может позволить себе, особенно перед выборами, затягивать эту историю. Каждый новый виток роста цен на топливо грозит усугубить другую, ещё более масштабную проблему – ситуацию с госдолгом. Причём не только американским. На долговых рынках Запада доходность 10-летних американских трежерис уже около 5,2%, 2-летних – почти 4,8%, а французских 10-летних облигаций – 4,87–4,90%.

Приблизительно $10 трлн из $40 трлн госдолга США нужно рефинансировать в ближайший год. Старые трежерис с минимальной доходностью (почти нулевой) придётся менять на новые под 4–5%, а процентные платежи уже превысили $1,1–$1,3 трлн в год и обогнали расходы на ВПК США при дефиците около $2 трлн.

США и ЕС столкнулись не с одинаковой проблемой. У США это кризис стоимости обслуживания долга, а у европейцев – кризис доверия к отдельным заёмщикам, особенно к Франции. Но энергетический шок, вызванный войной США с Ираном и отягощённый санкциями против РФ, лишь вскрыл эти две старые болячки.

В сложившихся обстоятельствах РФ экспортирует около 6,5 млн баррелей нефти и нефтепродуктов в сутки и в сентябре заработала на этом $17,67 млрд. Вашингтон пытается быстро наладить отношения с Москвой, чтобы вытащить свой энергобаланс и долговой рынок из спирали, пока ЕС ещё раздумывает. Для РФ это окно возможностей – получить деньги, влияние и возвращение в глобальную игру на своих условиях.