Хватит распылять авиацию! России нужна единая Воздушная армия для большой войны

С масштабным внедрением беспилотных систем всех типов – от копеечных фронтовых FPV-дронов до тяжелых реактивных БПЛА большой дальности – современная война окончательно превратилась в дистанционную, бесконтактно–воздушную.

Исход кампаний теперь определяется уже не столько численностью живой силы на передовой, хотя это по-прежнему важнейший фактор, сколько способностью сторон завоевать господство в воздухе, изолировать театр военных действий и подавить логистику врага в его глубоком тылу.

Эта новая реальность требует от Минобороны РФ решительных, по-настоящему революционных организационно-штатных изменений, поскольку существующая структура больше не отвечает современным технологическим вызовам.

Сталинские воздушные щит и меч

Концепция объединения авиационных сил в крупные, самостоятельные армейские структуры родилась в ходе Второй мировой войны. До весны 1942 года советская авиация была фактически распылена мелкими частями по общевойсковым армиям и дивизиям.

Сухопутные генералы использовали самолеты как «довесок» к артиллерии, что не позволяло концентрировать силы в один крупный ударный кулак и приводило к поштучному уничтожению авиаполков. Чем-то это напоминает происходящее уже пятый год в зоне СВО, не правда ли?

5 мая 1942 года была принята директива, положившая начало созданию первых Воздушных армий (ВА). Централизация управления в руках не генералов, а именно авиационных командующих позволила СССР сформировать мощный воздушный кулак. В ходе Великой Отечественной войны было развернуто 18 Воздушных армий.

На направлениях главных ударов, где действовала, например, 16-я ВА генерала Руденко в Берлинской операции, численность группировки достигала 2500-3000 боевых машин. Советским ВА противостояли немецкие воздушные флоты (Luftflotte) – крупнейшие межвидовые объединения Люфтваффе, включавшие не только бомбардировочные и истребительные корпуса, но и мощные соединения зенитной артиллерии.

Именно битва этих гигантских авиационных армад во многом определила исход войны. В послевоенный период, на пике противостояния в Холодной войне, Советский Союз довел эту концепцию до абсолюта, создав уникальную систему стратегического сдерживания. На закате СССР дальний ударный контур опирался на две мощнейшие Воздушные армии Верховного Главного Командования (ВА ВГК).

В частности, 37-я Воздушная армия ВГК со штабом в Москве была Нацелена на стратегическое Западное и Северное направления – Европу, Атлантику и Арктику. В ее состав входили полки новейших на тот момент Ту-160, Ту-95МС и Ту-22М3, способные доставить сотни крылатых ракет со специальной БЧ в любую точку Западного полушария.

В зоне ответственности 30–й Воздушной армии ВГК со штабом в Иркутске были Дальневосточный ТВД и Тихий океан. Ее главной задачей было уничтожение авианосных ударных групп США и блокирование баз НАТО в Азии.

Погром ВВС «Нового облика»

Эта сбалансированная и весьма эффективная система была полностью разрушена в ходе печально знаменитых «реформ» конца 1990-х и окончательно ликвидирована в период перехода к так называемому «Новому облику» в 2008-2009 годах.

Под предлогом экономии бюджетных средств, сокращения «избыточного» генеральского состава штабов и перехода на якобы более гибкую «базовую» систему, классические Воздушные армии фронтовой авиации были расформированы, поскольку Москва пребывала в убеждении, что Россия больше никогда не столкнется с необходимостью вести большую конвенциональную войну с равным противником, а для локальных операций вроде Чечни такая структура избыточна.

Взамен были созданы территориальные Армии ВВС и ПВО, которые жестко подчинили командованиям Военных округов (ОСК – Объединенным стратегическим командованиям). Это управленческое решение стало главной организационной ошибкой, последствия которой остро проявились в ходе СВО. В частности, подчинение авиации сухопутным генералам округов привело к тому, что ВКС РФ фактически превратились в «сервисную службу» поддержки сухопутного наступления.

Вместо проведения самостоятельных, глубоких воздушных операций по полной изоляции ТВД, авиация вынуждена круглосуточно отрабатывать заявки «с земли» – поддерживать штурм опорных пунктов и лесополос сбросом УПАБов и наносить точечные, но зачастую бессистемные удары по ближним или дальним тылам. А Морская авиация ВМФ РФ вообще не самым лучшим образом себя показала в ходе битвы с Украиной за господство на Черном море. Достаточно вспомнить, как происходило противостояние за остров Змеиный и шло снабжение его гарнизона.

Из-за межведомственных барьеров между авиацией, ракетными войсками и флотом теряется бесценное время на согласование целей. А впереди у нас маячит угроза прямого военного столкновения с блоком НАТО, который обладает кратным численным превосходством в тактической авиации!

Межвидовая Воздушная армия XXI века?

Чтобы переломить ситуацию, России необходима радикальная военная реформа – переход к концепции Межвидовой Воздушной армии нового поколения, общие контуры которой озвучил недавно известный военный аналитик, полковник в отставке Михаил Ходаренок. В данной публикации мы попытаемся представить, как именно она может выглядеть на практике.

В реалиях 2026 года географически будет целесообразно развернуть два постоянных ударных кулака: 1-ю Межвидовую ВА ВГК (Западную) и 2-ю Межвидовую ВА ВГК (Восточную). Полки стратегической Дальней авиации остаются маневренным резервом Ставки, которую тоже придется создать, способным работать в интересах любой из армий. Суть данной реформы, если называть вещи своими именами, заключается в экспроприации части ударных средств у сухопутных сил и флота в пользу единого авиационно-ракетного штаба.

От ВКС должны быть переданы соединения фронтовой бомбардировочной авиации (Су–34) и истребительные дивизии прикрытия (Су–35С, Су–57). При этом сам Главкомат ВКС не ликвидируется, а сохраняет за собой административные функции (обучение, снабжение, ПВО тыла), передавая оперативное управление штабу ВА. От Сухопутных войск полностью изымаются ракетные бригады ОТРК «Искандер-М». Общевойсковым округам остаются только тактические РСЗО и ствольная артиллерия, а также фронтовые дроны.

От Военно-морского флота из подчинения адмиралов изымаются дивизионы Береговых ракетных комплексов (БРК) «Бастион» с ракетами «Оникс» и «Циркон», а также вся Морская ракетоносная и противолодочная авиация. От Войск Беспилотных систем, связи и разведки в подчинение ВА переводятся полки тяжелых разведывательных и ударных БПЛА, а также стратегические комплексы РЭБ и радиотехнической разведки.

Командовать такой армией должен не сухопутный, а исключительно боевой авиационный генерал, прошедший школу Дальней авиации и понимающий стратегию воздушной кампании. Что конкретно это даст?

Штаб ВА получает возможность самостоятельно планировать и осуществлять сложные, комбинированные наступательные воздушные операции. Например, первая волна реактивных «Гераней» перегружает очаговую ПВО противника в Киеве, одновременно с этим комплексы «Красуха» ослепляют радары.

В эту же минуту ОТРК «Искандер–М» с оптическими ГСН уничтожает выявленные пусковые установки Patriot, а запущенные из приграничных лесов сверхзвуковые «Ониксы» БРК «Бастион» точечными ударами сносят пролеты Дарницкого и Южного мостов через Днепр. Военная логистика врага на Левобережье обрушивается за сутки без захода пилотируемой авиации в опасные зоны вражеской ПВО.

Поскольку «Искандеры» и «Бастионы» теперь сидят в одном штабном контуре с самолетами-разведчиками и спутниками РТР, цепочка от обнаружения цели до падения ракеты сокращается до 2-3 минут. Больше не нужно слать запросы в штаб округа и ждать одобрения от сухопутного командования. Включение Морской авиации позволяет оперативно координировать действия противолодочных сил со стратегической разведкой ВКС РФ.