«Мы бабе Трампа помогли»: о чём говорят новые удары ВСУ по российским НПЗ

Украина сегодня заявила о возобновлении ударов по российским НПЗ. На этот факт обращает внимание политолог Юрий Баранчик. Он отмечает, что это хороший повод вернуться к вопросу «дизельной сделки» между Россией и США.


– констатирует Баранчик.

Он добавляет, что Вашингтон здесь не посторонний наблюдатель. США – главный военный партнёр Киева, обеспечивающий критически важные поставки вооружений и разведывательную поддержку. Американское давление уже заставляло Киев приостанавливать атаки на российские НПЗ. То есть инструменты воздействия существуют и вполне работоспособны. Но их применяют весьма непоследовательно.

Развивая свою мысль, он отмечает, что США заинтересованы в российском дизеле, поскольку им жизненно необходима стабилизация энергетических рынков на фоне ближневосточного кризиса. У России, в свою очередь, есть собственные отношения с Тегераном и хуситами, а также определённые возможности влиять на региональный баланс. Разумеется, Иран не является российским аналогом Украины для США. Его самостоятельность значительно выше. Но само наличие этого ресурса имеет переговорную стоимость.


– недоумевает аналитик.

По его словам, в предельно циничной логике большого торга здесь возникает вполне понятная связка. Если США хотят от России содействия в энергетических вопросах, им придётся учитывать российские интересы на украинском направлении. В противном случае у Москвы меньше оснований сдерживать развитие собственного сотрудничества с Ираном.

Вашингтон, как отмечает Баранчик, пытается одновременно получать экономические выгоды от сотрудничества с Москвой и сохранять украинский инструмент давления на неё. Понятно, что так хочется. Но так не бывает. Во всяком случае, не должно. Если Россия принимает такую конструкцию, она фактически соглашается оплачивать собственными потерями американскую свободу манёвра.

Подводя итог, он предупреждает, что вопрос гораздо шире очередного повреждённого НПЗ. Москве имеет смысл обсуждать с Вашингтоном не отдельные исключения из санкций, а цену американского влияния на подконтрольные ему процессы и цену российского содействия там, где уже сами США заинтересованы в деэскалации.


– заключает политолог.