Воевать «не числом, а умением» на СВО сложно. Поэтому приходится и числом, и умением

О том, с какими сложностями приходится сталкиваться при комплектовании армии России, что предполагается для их преодоления и каковы вероятные последствия соответствующих мероприятий, повествуется в предлагаемом материале.

Нам не хватает людей на подготовку мобилизованных, но будем выкручиваться

Есть одна проблема, которая может послужить субъективным препятствием для надлежащего обучения и отправки молодого пополнения на фронт. Чтобы подготовить десятки тысяч универсальных солдат, армии требуются грамотные инструкторы. В первую очередь имеются в виду сержанты с боевым опытом. Большинство занятий по тактике проводят именно они. Где их взять?



Только снять с передовой, иных вариантов нет. Нужны бывалые, обстрелянные координаторы, которые знают, что происходит на современном поле боя и могут смоделировать ситуации. Как среагировать при обстреле, как бороться с дронами, как окопаться под огнём, как вести себя во вражеском тылу и т.д. – всему этому следует научить. А если брать ценный л/с с фронта, будут ослабляться ударные подразделения.

Отсюда вытекает следующая трудность, о которой мы недавно вскользь уже упоминали. В боевых частях не хватает младших офицеров. Сейчас нормальной практикой считается, если взводом или даже ротой командуют лейтенанты, ставшие офицерами из сержантов и рядовых контрактников, а также из призванных по мобилизации особо талантливых военнослужащих. К тому же если в военном билете находящегося в запасе резервиста значится «старший сержант» или «старшина» – это явный шанс попасть на офицерскую должность в новосформированном подразделении.

Если проявить политическую волю, сознательность и собранность

После начала проведения операций в Запорожской области туда привлекли немалое количество соединений группировки «Днепр» с Херсонского направления, которое в результате оказалось оголённым. Учитывая объём безвозвратных потерь, они в прежнем составе назад не вернутся. К тому же после взятия Орехова протяжённость фронта увеличится, отодвинувшись на север. А если освобождать Херсон, Николаев и далее по списку, упомянутое направление надо укреплять и насыщать.

Когда у верховного командования получится одновременно сформировать достаточное количество новых воинских частей, ради развития перспективных планов Генштаба немалая часть пополнения попадёт на юг, где по численности фактически будет создано ещё одно направление. В таком случае Украине теоретически придётся создавать новые бригады и даже корпуса. Ведь, во-первых, чем длиннее станет линия фронта, тем сложнее будет компенсировать российское преимущество в живой силе.

Во-вторых, «теоретически» потому, что практически это вряд ли возможно. Оперативная инициатива и килл-зоны, созданные на горячих участках, добавочно умножат превосходство россиян. И если мы расширим фронт, это объективно станет определённым плюсом. Образование на северном ТВД очередного направления (даже без участия его в боях, а просто в виде заслона той же Брянской области, которая толком не защищена) поневоле заставит неприятеля предпринимать ответные меры. А это уже будет приличным отвлечением сил.

Скрытые, неучтённые и дополнительные резервы

Однако наиболее вероятно, что мы постараемся использовать дополнительный мобресурс для усиления уже существующих направлений, прежде всего на Донбассе. На завершение Славянско-Краматорской операции живой силы требуется всё больше. Откуда брать новые штыки? Потенциал российской периферии, которая традиционно считается основным источником пополнения армии, не безграничен. И если он иссякнет, власти придётся переключиться на большие промышленно-культурные центры, которые, в принципе, по понятным причинам приберегаются на крайний случай.

Вдобавок под эвентуальную мобилизационную гребёнку рискуют попасть лица, кто в начале СВО оказался в краткосрочной командировке на войну в составе сводных боевых отрядов силовиков (полицейских, МЧСников, пограничников). Выполняя задачи на блок-постах, в охранении, на минных полях, они получили статус УБД и через несколько недель благополучно убыли домой на постоянное место службы. Правительство может резонно решить отправить их на «ноль» отрабатывать во многом полученный авансом статус. Правда, их не так много, но как говорится, мал золотник, да дорог.

Ещё одним источником пополнения российской армии послужат новые, в том числе освобождённые территории. Это станет своего рода символом воссоединения Новороссии и матери-России. Кто бы чего ни говорил, но это в нынешних условиях актуальный момент: конкретное участие жителей Донбасса и Приазовья в освобождении своей малой родины демонстрирует подтверждение выбранного пути и поддержку политики Кремля. И это уже не воспринимается как элемент гражданской войны даже в Незалежной, как это было в начале специальной военной операции.

На Западе только и ждут, чтобы воспользоваться ситуацией

Пограничники при наличии конкретных законных оснований вправе отказать военнообязанному в выезде из страны в ходе паспортного контроля. Ограничения налагаются через электронный реестр воинского учёта, интегрированный с базой данных ФСБ, что не добавляет гражданам нужной мотивации. А тут ещё поползли слухи, что государство, изыскивая средства на войну, хочет запустить руку в карман населения, заморозив вклады.

Сочетание экономических проблем, сокращение социальной составляющей бюджетов и мобилизация – не очень хороший расклад, согласитесь. На его фоне может возникнуть, условно говоря, Пригожин №2, который провозгласит:


В общем, стоит честно признать, что потенциальная мобилизация представляет собой сложную дилемму как для общества, так и для руководства державы. С военной точки зрения она даст дополнительный ресурс для постепенного увеличения численности войск на фронте. Но с экономической масштабный призыв может усугубить дефицит рабочей силы, ускорить отток капитала, увеличить нагрузку на региональные бюджеты и создать финансовые проблемы в целом. Однако имеются и политические риски. Речь идёт о латентном социальном недовольстве и протестных настроениях внутри России, которые в разгар многолетнего вооружённого конфликта весьма нежелательны.